Сбор средств

Показаны сообщения с ярлыком Макаров Николай Михайлович. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Макаров Николай Михайлович. Показать все сообщения

воскресенье, 19 января 2014 г.

Макаров Николай Михайлович

Макаров Николай Михайлович 19.12.1948  






















Челябинск. Защитник. Заслуженный мастер спорта СССР. Воспитанник ЗМК (тренер - Михаил Елисеев), «Восход» (тренер - Сергей Захватов). Игровые номера № 8, 6, 12, 15. За Трактор провел 13 сезонов, 521 игру, 223 (129+94).
Карьера игрока: «Восход» Челябинск класс «А» 3 группа – 1967/1968, «Звезда» Чебаркуль класс «А» 3 группа - 1967/1968, класс «А» 1 группа 2 подгруппа -1968/1969, «Трактор» – 1969/1970-1981/1982, «Jokerit» Helsinki Финляндия – 1982/1983-1983/1984, «Металлург» Челябинск 2 лига – 1984/1985, 1 лига -1985/1986, основная и вторая сборная СССР.
Карьера тренера и спортивного функционера: «Металлург»/«Мечел» Челябинск 1 лига - 1986/1987 тренер, 1 лига - 1987/1988, 1989/1990-1992/1993, 2 лига – 1988/1989, элитная лига – 1993/1994, высшая лига – 1994/1995-1996/1997, суперлига – 1997/1998-2001/2002 главный тренер, «Трактор» высшая лига – 2002/2003, «Металлург» Новокузнецк – 2003/2004 тренер, «Салават Юлаев» Уфа – 2003/2004 главный тренер, куратор конференции «Урал» ночной хоккейной лиги
Достижения игрока: бронзовый призер чемпионата СССР 1976/1977 в составе «Трактора», серебряный призер чемпионата Финляндия SM-Liiga 1982/1983 в составе «Jokerit» Helsinki, чемпион мира и Европы 1980/1981.
В 1977, 1981, 1982 входил в число 40 и 34 лучших игроков сезона чемпионата СССР. Установил рекорд результативности для защитников (21 заброшенная шайба за сезон 1981/1982)
Достижения тренера: чемпион высшей лиги (дивизион «Восток») 1996/1997 главный тренер «Мечела»
Награжден орденом «Знак Почета», орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени 
Надежная игра в обороне, четкий отбор шайбы, умение вести силовое единоборство, мастерски организовывал атаки команды и сам совершал успешные рейды к воротам соперника.
Сезон
Регулярный сезон
Команда
И
Г
А
О
Ш
1969-1970
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
28
4

4

1969-1970
Кубок СССР
Трактор
1




1970-1971
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
37
3
2
5

1970-1971
Кубок СССР
Трактор
2
1

1

1971-1972
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
32
4
7
11
12
1971-1972
Кубок СССР
Трактор
3
1

1

1972-1973
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
29
3
2
5
26

Переходные игры
Трактор
1

1
1

1972-1973
Кубок СССР
Трактор
4
2
1
3

1973-1974
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
31
8
4
12
22
1973-1974
Кубок СССР
Трактор
2


0

1973-1974
Кубок Шпенглера
Трактор
4
7

7

1974-1975
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
35
3
9
12
30
1975-1976
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
33
8
4
12
20
1975-1976
Кубок СССР
Трактор
7
4
2
6
8
1976-1977
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
36
8
12
20
36
1977-1978
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
36
10
6
16
39
1977-1978
Кубок СССР
Трактор
5


0

1978-1979
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
44
11
5
16
46
1978-1979
Кубок СССР
Трактор
3
1

1

1979-1980
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
43
15
9
24
46
1980-1981
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
49
15
12
27
36
1981-1982
Чемпионат СССР. Класс А. Высшая лига.
Трактор
56
21
18
39
44



521
129
94
223
365






ОБ ИГРЕ, О ТОВАРИЩАХ, О СЕБЕ 
Николаю Макарову в конце нынешнего года исполнится 33. Двенадцать сезонов выступает он за челябинский «Трактор». Очень немного осталось в нашем хоккее игроков, имеющих столь солидный игровой стаж. Причем большинство из них Лутченко, Петров, Харламов, Васильев, Мальцев уже много лет играют за сборную, давно носят: звание заслуженных мастеров спорта.
Мастер спорта Николай Макаров приглашен в сборную лишь недавно. Он уверенно провел последний турнир на «Приз «Известий» и теперь является кандидатом на поездку в Швецию на первенство мира... 
Чем вы сами это объясняете, Николай? Может быть, прежде тренеры «не замечали» вас? Или это связано с дефицитом защитников, о котором много говорится в последнее время? Или же вы стали лучше играть, и все вполне естественно?  С этих вопросов началась наша беседа с Николаем Макаровым. 
В прошлые годы попасть в сборную было очень трудно. В ЦСКА, «Спартаке», московском «Динамо» было немало классных защитников. У тренеров был богатый выбор, и их главная задача сводилась к тому, чтобы из сильных отобрать сильнейших. А поскольку сборная комплектовалась в основном из московских хоккеистов, то тренерам просто не было нужды обращать внимание на игроков других команд: москвичи были всегда под рукой, их чаще видели, хорошо изучили.
Однако я не могу сказать, что меня «не замечали». Несколько раз я выступал за вторую сборную, в ее составе ездил в Канаду, играл с профессионалами ВХА. В конце 1977 года меня впервые пригласили в первую сборную. Но на чемпионат мира в Прагу я не поехал.
И вот через три года я вновь получил приглашение играть за сборную. Наверное, оно все-таки связано с дефицитом защитников. Если за последние годы мы познакомились с рядом интересных форвардов, то хороших защитников появилось немного. И тренеры клубных команд, так, естественно, и сборной испытывают трудности с комплектованием. Не сочтите за нескромность, но, мне кажется, я в последнее время стал лучше играть.



Нет, говорят, нескромных ответов, есть нескромные вопросы. Именно такой мне и хочется вам задать: многие считают, что в вашем возрасте можно лишь поддерживать спортивную форму, а о каком- то росте не может быть и речи. За счет чего же вам удалось улучшить игру? 
А это как раз связано с возрастом. С ним пришли опыт, уверенность в себе. Опыт для защитника наипервейшее дело. Если сравнить хоккеиста с фигуристом, то форвард в первую очередь должен быть силен в произвольном катании, для защитника же особенно важна «школа». А это и есть опыт сумма накопленных знаний. За годы игры я изучил манеру многих нападающих, их повадки, их приемы. Знаю, как против кого надо действовать, как сыграть в данной ситуации. Это, конечно, не означает, что я играю безошибочно, что все мне известно. Но опыт помогает избегать многих ошибок, подсказывает, что надо делать в конкретном эпизоде. 
Давно уже ведутся споры: кем должен быть защитник разрушителем или созидателем? 
В молодые годы я бы не мог ответить на этот вопрос ни словами, ни своей игрой. Пытался я действовать только в своей зоне, не шел вперед, и тренеры упрекали меня: «Почему не помогаешь нападающим?». Рвался в зону соперника, поддерживал атаку, не думая о последствиях, меня осаживали. И только с возрастом, с опытом я понял: истина лежит посередине.
Безусловно, первая задача защитника прервать атаку соперника, помешать ему отдать точный пас, сделать бросок по воротам. Но, выполнив ее, тут же надо думать о второй как начать свою атаку, как лучше помочь своим форвардам. Здесь защитник из разрушителя превращается в созидателя, причем эта роль особенно сложна, поскольку защитник начинает ее «играть» в напряженной обстановке, на ограниченном пространстве, при большом скоплении как своих, так и чужих игроков.
Что касается того, должен или не должен защитник непосредственно атаковать чужие ворота, то, по-моему, этот вопрос даже не имеет права на существование. Все зависит от игровой обстановки, от ситуации. Одни, как, например, Василий Первухин, это понимают сразу, как говорится, с младых ногтей, и соответственно строят свою игру, другим, как мне, чтобы на практике прийти к этой несложной в общем-то истине, понадобилось время. И, если сказать коротко, именно разумным сочетанием оборонительных и атакующих действий и определяется класс защитника. 
Не тяжелее ли вам приходится, чем более молодым игрокам? 
Возможно, это удивит, но мне легче. Я точно знаю, что меня ждет в течение сезона, знаю, как мне надо готовиться на каждом этапе, знаю, как надо распределить силы. Не все молодые это умеют, как не у всех хватает воли и характера столь же строго соблюдать режим, чем-то жертвовать ради хоккея. Признаюсь, мне тяжелее втягиваться в сезон, тяжелее в начальный период подготовки. Но, помня об этом, я и во время короткого отпуска стараюсь поддерживать форму: играю в футбол, в волейбол, занимаюсь бегом. На предсезонных сборах тренеры     иногда дают мне индивидуальные задания. И когда начинается чемпионат, я готов не хуже, чем мои более молодые товарищи по команде. А поддерживать высокую форму, повторяю, я умею лучше, чем они.


Чем, по-вашему, вызван дефицит защитников в последние годы? Не тем ли, что играть нападающим считается у молодежи «престижнее»? 
Так ведь и хороших форвардов в последнее время появилось не так уж много. Хотя и больше, чем защитников. Думаю, что дело тут в характере молодых игроков, в их отношении к хоккею. По-моему, нынешняя молодежь менее предана игре, нежели мы в свое время. У меня создается такое впечатление, что многие молодые игроки довольствуются достигнутым, мало у них спортивного честолюбия, не все стремятся к совершенствованию, хотят чему-то научиться, не все готовы чем-то поступиться во имя хоккея. Идут, как бы сказать, по пути наименьшего сопротивления. Хотят жить не для хоккея, а от хоккея. Возможно, мои слова звучат слишком резко, но, поверьте, для меня это слишком больная тема. Я ведь вижу, чем живут мои молодые партнеры.
Если же говорить о «престижности» игры в обороне, то это, видимо, дело тренеров объяснить молодому хоккеисту, где ему лучше играть, где он наиболее полно сумеет раскрыть свои способности, принести пользу команде. Конечно, по себе помню, все мальчишки хотят играть в нападении, забрасывать шайбы. Однако ведь во всех командах, начиная с детских, есть и защитники, и форварды... 
А вы сами на каком месте начинали играть? Вообще расскажите, пожалуйста, как вы пришли в хоккей. 
На коньках научился кататься в раннем детстве и шайбу во дворе гонял сызмальства старший у меня был хоккеистом, и я тянулся за ним, как потом тянулся за мной Сережа. Однако в детскую команду меня поначалу не взяли. Однажды к нам во двор зашел тренер команды завода Металлоконструкций М.Елисеев. Посмотрел наш «матч» и спросил меня: «А почему не играешь в организованной команде?». «Не берут», говорю. «А если я возьму, пойдешь?». «Конечно». Так я стал играть за детскую команду этого завода и играл несколько лет, переходя из одной возрастной группы в другую.
Все эти годы я играл в нападении и не помышлял об иной роли. Но когда окончил школу, поступил на Трубопрокатный завод и стал выступать за молодежную команду «Трубника», тренеры неожиданно перевели меня в оборону. Я поначалу даже обиделся считал себя прирожденным форвардом. Но потом понравилось. В дальнейшем всегда говорил о себе: «Я защитник». 


Из «Трубника» вы сразу попали в «Трактор»? 
Нет. Еще работая на заводе, я короткое время играл в челябинском «Восходе». Потом  в чебаркульской «Звезде». Тогда там выступали Харламов, Гусев, Малько, много других способных ребят, приглашенных впоследствии в разные клубы высшей лиги. «Звезда» оказалась для меня хорошей школой, я почувствовал, что становлюсь настоящим хоккеистом.
Вскоре после этого было несколько приглашений. Но я, не задумываясь, вернулся в родной Челябинск, поскольку «Трактор» предложил мне место в составе. Было это 12 лет назад. 
Котлов, Девятов, Евстифеев, Петр Природин, Бабинов, Стариков, наконец, ваш младший брат Сергей Макаров, наверное, назвал далеко не всех в разные годы ушли из «Трактора». Как отнеслись в команде, в городе к их переходам? И почему, скажем, вы остались в «Тракторе»? Ведь и вам делались предложения. 
Да, из нашей команды ушло немало игроков. Что можно сказать по этому поводу?.. Мы всегда считали так: если молодой игрок переходит в более классный коллектив, чтобы расти, совершенствовать мастерство, решать большие задачи, приносить пользу нашему общему хоккейному делу его переход оправдан. Никто такого игрока не осуждает, наоборот, им гордятся, как люди всегда привыкли гордиться знаменитыми земляками. Если же переход вызван только сугубо личными интересами, если, уйдя в другой клуб, хоккеист не растет, то сразу возникает вопрос, а зачем он это сделал? Нет нужды называть все фамилии любители хоккея хорошо знают, кто из бывших челябинских игроков сейчас, как говорится, на коне, а кто затерялся.
И меня приглашали в разные клубы. Долгое время я отказывался, а три года назад, признаюсь, согласился. Но обстоятельства сложились так, что уехать из Челябинска я не смог. Теперь и не жалею. С удовольствием думаю о том, что в эти трудные годы я помог родной команде. Ведь в эти годы у нас появилось особенно много молодых, и моя помощь им была, конечно, небесполезна.


А как лично вы отнеслись к переходу в ЦСКА младшего брата? Насколько мне известно, Сергея можно в какой-то степени считать вашим воспитанником, да и в «Трактор» он попал благодаря вам. 
Младший брат всегда тянется за старшим. Сережа рос на моих глазах, и, естественно, многому у меня учился. Коньки, клюшку, шайбу полюбил с детства. Мальчишка он всегда был пытливый задавал тысячи вопросов, просил что-то объяснить, показать какой-то прием. Я никогда не отказывал. Так что в этом плане его, наверное, можно считать моим воспитанником, хотя к тому времени, как он подрос, у нас в Челябинске открылась детская хоккейная школа, он в ней учился, у него были свои тренеры, воспитатели и, в частности, Виктор Иванович Стариков, отец защитника ЦСКА Сергея Старикова.
В «Трактор» же Сергей попал не столько благодаря мне, сколько Анатолию Михайловичу Кострюкову, который тогда был старшим тренером, и... своему упрямому характеру. Случился у Сергея конфликт с тренером молодежной команды: тот сказал ему, что из-за него команда проиграла. Сергей обиделся. Приходит ко мне и говорит: «Все, ухожу из. хоккея. Буду играть в футбол». В футбол, кстати, он играл неплохо. «Почему, зачем, что случилось?»  спрашиваю. Он рассказал. Поговорил я после этого с Анатолием Михайловичем, и он пригласил Сергея в команду. Было это весной 1976 года. Но, конечно, мое заступничество ничего бы не значило, если бы Кострюков не видел в Сереже хоккеиста, не понимал бы, что в хоккее он сможет проявить себя.
Когда Сергея пригласили в ЦСКА, я не удивился. Он к тому времени уже играл в сборной, а потом стал в Праге чемпионом мира. Жалко было расставаться с братом, хотелось играть с ним в одной команде, но, когда Сергей советовался со мной, я ему сказал: «Каждый должен идти своим путем. Езжай. Если чувствуешь в себе силы, если уверен, что закрепишься в ЦСКА и в сборной, езжай». Я-то был уверен, что из него вырастет большой хоккеист. 
Еще один нескромный вопрос, Николай: а не обидно ли было вам, что младший брат, так сказать, обошел старшего? Не испытывали ли вы чувства, похожего на зависть, пусть «белую» зависть? 
Да нет, ничего подобного я не испытывал. Рад был за Сережу очень, горд, когда он стал лучшим бомбардиром, когда журналисты назвали его сильнейшим хоккеистом страны. Я ведь в какой-то степени все же считаю Сергея своим учеником. А какой учитель может завидовать ученику, который достиг высот в своем деле?! 
Вам теперь часто приходится играть против брата. С какими чувствами вы выходите на матч с ЦСКА, как стараетесь действовать, когда оба на площадке? 
Во время матчей «Трактор» ЦСКА мы вместе на льду почти каждую смену. Ведь Сергей правый крайний нападающий, а я левый защитник, он играет в сильнейшем звене ЦСКА, я «Трактора». Чувства? Только одно надо сыграть как можно лучше, постараться победить армейцев.
В игре для меня Сережа такой же соперник, как и все остальные. Так же, как и против других, применяю против него силовые приемы, могу прижать к борту. Единственная деталь: играя против него, я особенно внимателен и осторожен, поскольку знаю чуть что, обыграет, обманет. У него очень богатый запас технических приемов, и действовать против него трудно. Казалось бы, я его хорошо изучил, знаю, что он будет делать в том или ином моменте, но в последнем матче в Челябинске он дважды все же обыграл меня, поймал на ложном финте. Правда, тот матч мы выиграли.


Чем вы объясняете, Николай, что в нынешнем сезоне «Трактору» удавалось обыгрывать армейцев, московских динамовцев, и в то же время он терял очки во встречах с «Химиком», СКА, «Салаватом Юлаевым», минским «Динамо»? Почему такая неровная игра? 
Мы начали сезон очень слабо. И дело было даже не только в том, что из команды вновь ушло несколько игроков, хотя для нас людские потери ощутимы. Просто команда была расстроена, игроки никак не могли собраться, взять себя в руки. Молодежь поначалу несколько растерялась, да и мы, бывалые люди, играли не лучшим образом. Переломным был матч первого круга с московскими армейцами, тот самый, в котором велись долгие дебаты по поводу третьей шайбы в наши ворота. Мы в итоге проиграли 2:3, но именно тогда поверили в себя можем все-таки играть, можем оказать сопротивление даже ЦСКА. Состоялся у нас в команде серьезный разговор, решили мы отбросить взаимные претензии. С тех пор дело пошло на поправку.
Правда, и потом мы иногда терпели обидные поражения, теряли очки. Объясняется это тем, что не все молодые игроки могли поддерживать высокую форму, не всегда сохраняли боевое настроение. Но в целом свою задачу мы выполнили вошли в первую шестерку.
Интервью провел СЕРГЕЙ КРУЖКОВ.
Футбол Хоккей №13 1981 

Н.Макаров. Спасибо тебе хоккей
Весной 1977 года спортивный Челябинск ликовал. Впервые за всю историю южноуральского хоккей «Трактор» стал бронзовым призером чемпионата страны. Сообщение об этом пришло в город поздним вечером, но радость болельщиков была настолько велика, что многие вышли на улицы. И долго в тот теплый весенний вечер то н дело слышалось громкое «Ура», пение песен, веселый смех. Победа «Трактора» вылилась в настоящий спортивный праздник. Впрочем, в городе, где почти каждый понимает толк в хоккее, где зимой не найдешь ни одного мальчишки без клюшки в руках, где все ледяные поля, начиная от искусственных, кончая обычными катушками, забиты до отказа - это не удивительно.
Радовались и виновники торжества-хоккеисты «Трактора». В челябинской школе этой удивительно быстрой и прекрасной игры было много самобытных и ярких дарований, но именно на них, на тех, кто играл в семидесятые годы, выпал наибольший успех. Несколько позднее во Дворце спорта «Юность», при переполненных трибунах, торжественно чествовали команду. Среди тех, кто принимал поздравления был и защитник Николай Макаров. Этот хоккеист выделялся высокой самоотверженностью, умением хладнокровно сыграть в экстремальной ситуации, вовремя подключиться в атаку и забить тот самый гол, который станет победным или внесет перелом в ходе встречи. Не берусь дать точной характеристики этому игроку (это дело специалистов), скажу только, что на поле Николай Макаров умел все. Он прекрасно владел искусством силовой борьбы и обводки, одинаково уверенно чувствовал себя как в линиях защиты, так и нападения. Другими словами, истинный мастер игры, универсал, умеющий быть и дирижером сложного хоккейного ансамбля, и солистом, берущим судьбу матча на себя.
К нему давно присматривались тренеры сборной страны, постоянно привлекали во вторую команду, где Николаи тоже отличался универсальностью своих действии. Мечтал ли он о том, чтобы сыграть в главной команде страны? Быть может Макаров и сам не всегда признавался в этом, но, безусловно, мечтал сыграть в лучшей сборной мира и стремился к этому. Но только через год после бронзовых медалей, мечта стала почти явью. Его пригласили в первую сборную СССР. Перед чемпионатом мира 1978 года Макаров успешно провел тренировочный сбор с лучшими хоккеистами страны. Его отметили, похвалили, но на чемпионат мира не взяли. Особых причин для отказа не было. Это скорее всего была профилактическая мера, смысл которой сводился к простому: чтобы быть членом сборной команды страны, надо играть в одном из столичных клубов.


Можно понять состояние хоккеиста. Безусловно, обидно было до слез. Тем более, что в Прагу, на первенство мира, поехал младший брат- Сережка, самый яркий из хоккейной династии Макаровых. В общем заманчивое и праздничное предложение завершилось так драматически. Быть может, тот год стал одним из самых трудных в жизни Николая Макарова. Скорее от безысходности, чем от огромного желания, он ответил согласием на переход в московский «Спартак», но в силу сложившихся обстоятельств осенью вновь вернулся в родной клуб и выступал за него так же самоотверженно и ярко, как и прежде. И по-прежнему жил надеждами и игрой. Не напрасно. Талант тем и отличается, что мимо его пройти невозможно.
Через три года его снова пригласили в сборную СССР. Играл на приз «Известий», во всех международных матчах, которые в том сезоне провела команда, и в итоге стал чемпионом мира 1981 года, заслуженным мастером спорта. Как видите, все окончилось благополучным, оптимистическим финалом. Жаль только, что случилось все на несколько лет позже, чем заслуживал этого выдающийся спортсмен. Случись это ранее и мы бы могли в течение многих сезонов наблюдать в сборной двух братьев Макаровых. И думается, что игра Николая доставила бы нам столько же удовольствия, сколько и нестандартные действия младшего из Макаровых - Сергея, одного из самых сильных хоккеистов мира, неоднократного чемпиона страны, Европы, мира и Олимпийских игр, разумеется, заслуженного мастера спорта. Повторяю, об этом остается только сожалеть.
Николаи Макаров после победы на чемпионате мира 1981 года в Швеции еще год играл за «Трактор», затем в течение двух лет работал играющим тренером в Финляндии, в столичном клубе «Йоккерит». По возвращении в Челябинск - один из тренеров команды «Металлург».
Коротко, схематично поведано о главных событиях в жизни спортсмена и тренера. Старались не забегать вперед. Пусть лучше обо всем расскажет сам Николаи Макаров.
Ваша семья, Николай, несколько необычна. Три брата и все увлекались хоккеем. Двое стали заслуженными мастерами спорта, Юрий - средний - судья всесоюзной категории, судит игры первой и высшей лиг. Был ли у вас пример? С чего все начиналось?         ..
Не ошибусь, если скажу, что все начиналось с семьи. И пример v нас был свой, домашний. Имею в виду отца - Михаила Андреевича. Он рабочий. Всю жизнь проработал прессовщиком металла на заводе металлоконструкций. Любовь к спорту у нас от него. Отец, правда, увлекался футболом. Играл долго за заводскую команду, а за цеховую, если не ошибаюсь, лет до 45. Да и сейчас старается поддерживать форму. Стал даже играть в хоккей. Собрал команду ветеранов, и как только осень, с нетерпением ждет первых морозов, чтоб можно было залить лед. Так что наши увлечения всегда находили дома понимание и поддержку. Все, чего мы добились в жизни, произошло с помощью родителей.

И тем не менее вы изменили семейную традицию. Несмотря на любовь отца к футболу, все как один, увлеклись хоккеем.
Тут, видимо, сказались обстоятельства, в которых мы росли. Наш дом располагался рядом со стадионом, хоккейной коробкой. И потому все время я проводил на льду. Это была середина пятидесятых годов, когда наш хоккей уверенно вышел на международную арену и у нас, мальчишек, более популярного вида спорта не было. Все хотели играть в хоккей. Правда, особых условий для этого не было. Отец работал один, семья наша росла и материально было трудно. И все-таки однажды дома у нас появились коньки. Обычные снегурочки. Но радости не было предела. Тут же прикрутили их на валенки и я вышел на лед Вот на них и научился кататься. Помогал и дедушка - Иван Павлович, который мастерил мне коньки из дерева. Годам к десяти отец приобрел первые коньки с ботинками. Уже после, будучи взрослым, я спросил отца, на какие же средства он приобрёл эти коньки.
Да с рук купил -как-то уклончиво ответил он. И я понял как трудно было отцу выкроить мне па подарок в то время, когда почти каждая копейка в семье была на счету. Эти коньки стали нашей семейной реликвией. Позже на них катался Юра, а после пего именно на них начал свой путь в большой хоккей Сережка. Играл я больше с мальчишками, и хотя при заводе металлоконструкций был хоккейный клуб, в команду почему-то не рвался. Но однажды у корта, где мы играли в валенках, появился тренер. Он понаблюдал за нами, а потом подошел ко
мне и спросил:
На коньках умеешь кататься?
Умею.
Почему не занимаешься в секции?
Коньков нет.
А клюшка есть?
Есть?
Приходи, коньки найдем, будешь играть.
Коньки, правда, нашлись большого размера. Но заниматься с этого времени хоккеем начал серьезно. И именно в это время отец и купил мне те самые коньки но ноге, о которых я уже говорил выше.
Итак, ты стал играть в хоккей. Думал ли тогда, что станешь хоккеистом?
Нет, не думал. Просто играл за заводские мальчишеские команды. Лет до 14. Но потом наш заводской клуб вышел по какой-то причине из первенства города. Тогда несколько человек, в том числе и меня пригласили играть за спортивный клуб трубного завода «Восход», где была команда мастеров класса «Б» молодежная команда. Именно в ней под руководством заслуженного тренера СССР Сергея Ивановича Захватова, в прошлом старшего тренера «Трактора», началось, можно сказать, мое хоккейное образование. Пожалуй, в это время у меня, быть может впервые в жизни появилась цель -попасть в команду мастеров. Можно сказать, ближняя цель. О далеком будущем я не думал.

Ты учился в школе и учился играть в хоккей. Но ведь это не так и просто. Удавалось ли тебе без ущерба совмещать то и другое?
Удавалось, благодаря стараниям Сергея Ивановича Захватова. Он был строгим и справедливым учителем. Перед тренировками обязательно проверял дневники, и если были двойки не допускал к занятиям. А поскольку для нас пропустить тренировку уже было трагедией, то мы из кожи вон лезли, чтобы все было в порядке. Так, играя в молодежной команде, я окончил восемь классов. Другими словами, я стал почти взрослым и наша выросшая семья (четверо детей) на меня рассчитывала. Но на семейном совете решили, что выбор, как жить дальше, должен сделать я сам. И я его сделал. Пошел на завод металлоконструкции учеником токаря. Это было очень трудное время. Я все время метался между работой и хоккеем. Команда наша играла с разъездами, а ведь работа есть работа. И тогда снова мне на помощь пришла семья. На этот раз единоличное решение принял отец - занимайся хоккеем. Я распрощался с токарным делом и перешел на трубный завод помощником прессовщика в цех № 1. Здесь команда мастеров перешла уже из класса «Б» в класс «А», на заводе хоккей любили, помогали чем могли, в том числе и с освобождением, если необходимо было играть на выезде. Так, почти до призыва в армию, я работал и играл в хоккей. Три сезона в молодежной команде, а четвертый за команду мастеров.
Обычно все мальчишки стремятся в нападение. А ты стал защитником...
Нет, я тоже был нападающим, центральным До тех пор, пока не встретился с Сергеем Ивановичем Захватовым. И у него в молодежной команде я играл центрального. Сергею Ивановичу нравилось мое умение кататься на коньках, обводка, броски по воротам издалека. Но в один прекрасный день он подошел ко мне и сказал:
- Коля, а не попробовать ли тебе в защите? Я не настаиваю, ты хороший нападающий. Но может быть попробуешь.
Я попробовал. Без особого удовольствия. Все время рвался в атаку. Но тем не менее Сергеи Иванович стал упорно учить меня азам искусства защитника. И в конечном итоге мне понравилось. Я понял, что, играя в линии обороны, можно делать все то же, что и в линии нападения. И до сих пор благодарен Сергею Ивановичу за то, что он, благодаря своему необыкновенному чутью тренера, уловил во мне то, чего никто не сумел увидеть.
Выходит, что клуб «Восход» стал для тебя хоккейным университетом?
Пожалуй, все-таки это была еще школа. Настоящим университетом стала для меня служба в армии, которую я проходил в команде Уральского военного округа «Звезда», игравшей в классе «А». Именно в этой команде состоялось мое становление как хоккеиста. Причин было несколько. Во-первых, армейская дисциплина. Во-вторых команда поддерживала самые тесные связи с ЦСКА. Стажировку в «Звезде» в те года проходили Харламов, Гусев. Играли в ней и другие известные хоккеисты, призванные на службу в армию из московских клубов, способные ребята из Свердловска, Нижнего Тагила, Серова, других уральских городов. У них было чему поучиться. И главное, за нами внимательно следил Анатолий Владимирович Тарасов. Летом он бывал на наших сборах, проводил с нами тренировки. Группа наших ребят, и я в том числе, в 1968 году проходили сбор в Москве, на базе ЦСКА. Жили, тренировались играли под руководством Тарасова. Признаюсь, было очень трудно, и очень интересно. Именно здесь, в «Звезде», стал хоккеистом.



Когда твоя служба подходила к концу, жизненный выбор определился окончательно?
Именно так. Да и предложений было много - Киев, Калинин, Ярославль... Но мне хотелось домой, в Челябинск. И когда Виктор Иванович Столяров и Зиновий Борисович Певзнер пригласили играть в «Тракторе», не задумываясь дал согласие. Для меня оно было очень почетным. Ведь это было приглашение в команду высшей лиги, и, честно говоря, я им очень гордился. Так с лета 1969 года стал играть защитником в «Тракторе».
В хоккее пара защитников - это своеобразный микроансамбль. От их взаимодействия, и главным образом, взаимопонимания зависит и игра нападающих. С кем из партнеров ты чувствовал себя на льду наиболее уверенно?
Мне пришлось играть почти со всеми защитниками «Трактора» - Устиновым, Перегудовым, Сухановым, Бабиновым, Стариковым, Пономаревым, Сергеем Тыжных. Ни на одного из них не могу пожаловаться. Но, пожалуй, лучше всего у нас получалось с Сергеем Тыжных. В тот год, когда команда получила бронзовые медали, мы весь сезон играли с ним в паре. Что же касается взаимопонимания, то лучшего партнера, чем Владимир Суханов, у меня не было.
Ты только что вспомнил о бронзовых наградах команды. То был особенный год. Команда из середнячка неожиданно выросла в одного из лидеров. Чем это можно объяснить?
Произнесено и слово «лидер». А чтобы им быть, надо обладать психологией лидера, т. е. быть уверенным в себе, своих силах, в своих товарищах, в команде. Наш тренер, заслуженный тренер СССР Анатолий Михайлович Кострюков, сумел в короткое время убедить нас в том, что мы все можем, вдохновить, поверить в эти возможности. В том, что ему удалось это, несомненно, сказался его богатый опыт. И мы действительно заиграли по-другому, и настроение в команде было иное. Это было полное преображение, порой, сами себя не узнавали. Те же игроки, которые раньше и не помышляли о медалях первенства, стали реально претендовать на них и в конечном итоге добились своего. И может быть поэтому бронзовые награды были для нас выше золотых. Безусловно, в те годы в команде было много отменных мастеров - Картаев, Белоусов, Шорин, Пономарев, Тыжных.., но единомышленниками в борьбе за призовое место сделал нас Кострюков. И то, что Анатолий Михайлович заставил нас верить в себя, преследовать большие цели - я больше всего ценю в работе тренера.


Ты тринадцать лет играл в «Тракторе». За эти годы не раз менялись тренеры. Как у тебя складывались взаимоотношения с ними?
Я не помню, чтобы у меня возникали какие-либо осложнения с моими наставниками. Может быть потому, что всегда серьезно относился к своему делу. Возможно у них были какие-то претензии ко мне. Скорее всего - были. Ведь в хоккее, как бы ты ни играл, всегда остаются резервы и возможности для совершенствования. Особенно остро я это почувствовал, когда играл в сборной команде страны. В ней были собраны великолепные мастера, казалось бы, которых уже ничему не надо учить. Но оказывается и надо, и можно. С возрастом понимаешь все это лучше, по-другому смотришь на тех, кто учил тебя мастерству. Осознаешь, что тренерская жизнь не из легких, что хлеб их не так уж и сладок, как кажется со стороны.
Наставники в «Тракторе» были разные. Единственное, что их объединяло - высокая требовательность. И сейчас, когда сам делаю первые тренерские шаги, понимаю, что это жизненная необходимость, прекрасное качество. Быть может самым мудрым был Анатолий Михайлович Кострюков. О некоторых чертах его характера, об умении ставить и осуществлять большие цели я уже говорил. Он мог найти подход почти к каждому, разговорить, побеседовать по душам. Умел находить веские контраргументы в любых ситуациях. Виктора Ивановича Столярова отличали чрезмерно жесткие требования к дисциплине. И разве можно его упрекнуть в этом? На всю жизнь я остался благодарен Альберту Петровичу Данилову за то, что он фактически заставил меня учиться. По его требованию я вместе с Белоусовым записался в вечернюю школу. Вместе окончили ее, вместе поступили в институт физкультуры. Тогда, когда от меня требовали учиться, я, увлеченный игрой, еще не понимал, как это важно. Материально уже был достаточно обеспечен, было любимое дело, а будущее казалось очень далеким. А оно оказалось ближе, чем думал. Все мои наставники помогали мне в главном - понимать жизнь не в розовых красках, а в жестких рамках ее реальности.
Вернемся, Николай, снова к вашей семье. В твоем становлении как хоккеиста, большую роль сыграли пример и помощь отца. Поскольку ты был старшим братом, то уже твой пример служил ориентиром для младших.
Разумеется. Мне приходилось быть и нянькой, и кухаркой и учителем, особенно если родители были заняты или куда-то уезжали. Следом за мной увлекся хоккеем Юра. Играл до 14 лет. Пока не прошел допризывную медицинскую комиссию. Ее приговор был бесповоротным - врожденный порок сердца. Но все-таки Юра со спортом не расстался. Ему и раньше приходилось судить матчи мальчишек, а после медкомиссии он занялся этим делом серьезно и добился немалого.
Сережка... О нем трудно говорить. Мне кажется, что о нем уже написали все, что только можно было написать. Но все же... В четыре года он уже свободно катался на коньках, а в пять владел ими в совершенстве. В шесть лет уже во всю играл за мальчиковые команды. Маленький, быстрый, крепкий, он почти все время зимой проводил на льду. Прибежит домой, поест и только его и видели. В восемь лет играл одновременно за две команды - свою и более старшего возраста. Мы тогда даже беспокоились за него: не дай бог, что-нибудь случится - уж больно маленький. Но именно благодаря своей маленькой фигурке, быстроте и увертливости ему удавалось избегать травм. С этого же возраста в нем проявилось фантастическое стремление к совершенству. Особенно он любил забивать и броски по воротам повторял до темноты в глазах. Но самое главное в том. что это его не удовлетворяло. Он все время искал какой-то неведомый ему секрет, которым владеют известные мастера. Когда я играл в «Звезде» с Харламовым, Сережка, едва я появлялся дома, приставал ко мне: «Покажи, как забивает Харламов».
В это же время определился и его характер. Ни на шаг он не отставал от меня и Юры. У нас были свои товарищи, друзья, дела, но он повсюду увязывался за нами и никак не мог понять, почему ему нельзя с более взрослыми. И хотя Юра был старше на пять лет, ни в чем старался ему не уступать. А порой и со мной вступал в единоборство на полном серьезе. Во всем ему хотелось, во-первых, быть равным, во-вторых, быть первым.
Сергей был жаден до шайбы. В более младшем возрасте он сам мог объехать менее расторопных мальчишек и забить. Чуть позже уже вся команда, в которой он играл, строила свои атаки через него. За матч он забивал 8-10 шайб. Несколько позже, когда он уже играл в молодежной «Трактора»,- это обстоятельство чуть было не стало причиной настоящей трагедии. Так считали, что он злоупотребляет обводкой, индивидуальной игрой...


Как-то я приехал к матери. Спросил, где Сергей.
Не знаю, убежал куда-то. Злой, сердитый. Сказал, что больше в хоккей играть не будет.
На улице встретил друга Сергея - Лешу Калинина. Попросил его объяснить, что же случилось. Выяснилось, что на первенстве СССР среди молодежных команд «Трактор» выступил неудачно. Причину же неудачи тренеры объяснили плохой игрой Сергея. Я не поверил. В том году Сергей выступал на первенстве города, области, участвовал в Спартакиаде школьников и на чемпионат страны поехал уставшим, практически не готовым. Но тем не менее обвинять одного игрока в неудаче всей команды, тем более семнадцатилетнего, было несправедливо.
Когда я нашел Сережку, он повторил тоже, что сказал Калинин, и добавил:
Все. Буду играть в футбол. Меня приглашают в «Локомотив».
В футбол он действительно играет отлично, и я не сомневался, что его возьмут. Но мне не хотелось этого.
Договорились, что утром встретимся с ним на стадионе. Я пришел в тот день пораньше и обо всем рассказал Анатолию Михайловичу Кострюкову. У тренера двух мнений не было: «Пусть приходит». Так Сережка появился в «Тракторе». Очень запомнился его первый выход на поле в чемпионате страны. Было это в Москве, в Лужниках. Играли мы против «Спартака». В первой же смене, едва только матч начался, он прорвался к воротам спартаковцев и открыл счет. Тот матч мы выиграли 4:1. Потом Сергей играл в молодежной сборной страны на чемпионате мира. Вернулся чемпионом, лучшим нападающим. Его спортивная жизнь сложилась счастливо, и я рад, что в самый трудный момент сумел помочь младшему брату остаться в хоккее.

Два сезона ты провел в Финляндии в роли играющего тренера. Каким было это время для тебя? С какими трудностями пришлось столкнуться?
После чемпионата мира 1981 года в Управлении хоккея Спорткомитета страны мне сказали, что есть возможность послать меня играющим тренером в один из клубов Японии. И хотя еще один сезон выступал за «Трактор», уже готовился к этой поездке. Изучал по книгам страну, старался все узнать о японском хоккее. В свое время там работали Вячеслав Старшинов и Владимир Шадрин. Позже ситуация несколько изменилась и мне предложили поехать в Финляндию, в хельсинский клуб «Йоккерит». Финский хоккей котируется в спортивном мире очень высоко. Поэтому новое предложение принял с некоторой опаской, понимая, какая высокая ответственность ложится на меня. Но поездка задерживалась, начал уже думать, что ее отменили и практически перестал тренироваться, собираясь расстаться с большим хоккеем. Так получилось, что в Хельсинки я прибыл почти растреннированным и мне сразу, без подготовки, пришлось выйти на лед. Да еще в новой, потому неуклюжей форме.
Для того чтобы объяснить, что происходило дальше, нужно сделать небольшое отступление. Дело в том, что в Финляндии коллективному хоккею предпочитают индивидуальный. Там каждый игрок максимально старается показать все, на что он способен в одиночку. Дело в том, в феврале - марте на финских ледовых кортах появляются тренеры-селекционеры НХЛ. И мечта каждого молодого игрока - получить приглашение в зарубежные клубы.
Я же приехал не очень подготовленным, да и был настроен несколько благодушно, играл не так жестко, как финны. Поскольку в Финляндии хорошо разбираются в хоккее, любят и понимают его, то сразу обратили на это внимание. В одной из газет появилась статья с таким кричащим заголовком: «До свидания, Макаров!». Смысл сводился к тому, что каждый может меня объехать, как столб. Вот здесь и взяло верх себялюбие. Да и работники нашего посольства, хорошо знающие финский хоккей, подсказали мне, что для начала нужно показать, что я умею все то же, что и финские парни, но только лучше. За месяц мне удалось наверстать упущенное, приобрести необходимую форму. В той же газете появилась новая статья, на этот раз с таким заголовком: «До свидания, Макаров» отменяется, больше подходит заголовок «Здравствуй, Макаров». Вот так началась моя жизнь играющего тренера.
Клуб, в котором я играл три года, занимал 9 место в чемпионате страны, проходил через сито переходных матчей с клубами первой лиги. Старший тренер Рейно Руотсолайнен тоже проводил свой первый сезон в «Йоккерите». При первой встрече он выразил желание найти со мной общий язык и получить таким образом хорошее представление о советском хоккее. Но тем не менее он был приверженцем канадского стиля игры и в работе с командой у нас были некоторые разногласия. Главным образом касающихся коллективных действий. Хотя в отношениях друг с другом мы ладили. Мне постоянно приходилось доказывать полезность коллективной игры и постепенно мы стали ее применять на практике. Многим, особенно молодым хоккеистам, понравилась командная игра. Появились и успехи, «Йоккерит» стал одним из лидеров, и но итогам чемпионата занял второе место. Я был признан лучшим защитником хоккейной лиги и стал лучшим бомбардиром среди защитников, вошел в символическую шестерку Финляндии.
Второй сезон был менее удачным. Меня преследовали травмы и вопрос стоял о том, сумею ли доиграть до конца чемпионата. Доиграл, хотя и было это очень нелегко. Каждая команда выставляла против меня персональных «сторожей», которые ни на шаг не отпускали меня от себя. По если бы только не отпускали. Били нещадно, стараясь вывести из строя в самом начале матча. Я был в команде единственный иностранный хоккеист и особой поддержки не было. Приходилось самому отстаивать свою честь и честь нашего хоккея. Правда, все подобные инциденты тут же находили отклик в газетах, причем, на фотографиях я всегда оказывался в не самом выгодном положении. Если я лежал на льду, то обязательным ироническим заголовком типа «Не спи. Николай!». Такова «свободная» пресса. В отличие от прессы, финские болельщики - народ знающий и отношения с ними у меня были самые доброжелательные. Два сезона пролетели незаметно, хотя и стали целой вехой в моей жизни.
Если говорить о твоей жизни, то она вся отдана хоккею. Доволен ты этим?
Могу сказать только одно: «Спасибо тебе, хоккей!».
Винницкий М., Кислянский М.. - Хоккей 1985-86. Справочник любителя хоккея. Челябинск

 

Отлично выступала сборная команда СССР на чемпионате мира и Европы 1981 г. Советские хоккеисты в семнадцатый раз завоевали высшие награды мирового первенства. В составе сборной СССР выступал наш земляк, защитник «Трактора» Николай Макаров. Ему первому из игроков нашей команды за многолетнюю историю челябинского хоккея присвоено звание заслуженного мастера спорта. Другие воспитанники «Трактора», позже перейдя в столичные клубы, удостаивались этого почетного звания. А Николай стал первым, нашенским!
Долог был путь Николая Макарова к высшим наградам в спорте. 22 года прошло с той поры, когда Николай впервые вышел на лед. Защищал цвета детских команд завода металлоконструкций.
Н. Макаров рассказывает:
Все эти годы я играл в нападении и не помышлял об иной роли. Но когда окончил школу, поступил на трубопрокатный завод и стал выступать за молодежную команду «Трубник», тренеры неожиданно перевели меня в оборону. Я поначалу даже обиделся - считал себя прирожденным форвардом. Но потом понравилось. В дальнейшем всегда говорил о себе: «Я - защитник».
Еще работая на заводе, я короткое время играл в челябинском «Восходе», который выступал в кл. «А». Потом - в чебаркульской «Звезде». Тогда там выступали Харламов, Гусев, Малько, много других способных ребят, приглашенных впоследствии в разные клубы высшей лиги. «Звезда» оказалась для меня хорошей школой, я почувствовал, что становлюсь настоящим хоккеистом.
Вскоре после этого было несколько приглашений. Но я, не задумываясь, вернулся в родной Челябинск, поскольку «Трактор» предложил мне место в составе. Было это осенью 1969 года.
Николаю Макарову в конце нынешнего года исполнится 33. Двенадцать сезонов выступает он за челябинский «Трактор». Очень немного осталось в нашем хоккее игроков, имеющих столь солидный игровой стаж. Причем большинство из них - Лутченко, Петров, Харламов, Васильев, Мальцев - уже много лет играют за сборную, давно носят звание заслуженных мастеров спорта.
Мастер спорта Николай Макаров приглашен в сборную лишь недавно. Он уверенно провел последний турнир на приз «Известий».
Чем вы сами это объясните, Николай? Может быть, прежде тренеры «не замечали» вас?
Однако я не могу сказать, что меня «не замечали». Несколько раз я выступал за вторую сборную, в ее составе ездил в Канаду, играл с профессионалами ВХА. В конце 1977 года меня впервые пригласили в первую сборную. Но на чемпионат мира в Прагу я не поехал.
И вот через три года я вновь получил приглашение играть за сборную...
Вот что сказал Н. Макаров корреспонденту газеты «Челябинский рабочий» после прибытия с чемпионата мира в родной город.
Только сейчас, дома ощутил, насколько я счастлив и насколько это было трудно. Играть в первой сборной страны - высшая мечта любого хоккеиста. Для меня эта мечта сбылась! Но к ней идти было нелегко. Тяжелым был сезон для «Трактора», где главные нагрузки выпали на долю первой пятерки. А в сборной нагрузки возрастают многократно. Это я говорю для того, чтобы подчеркнуть: любая победа дается только упорным трудом.


Расскажите о самых ярких впечатлениях от чемпионата.
Ну, конечно, это момент, когда сборную СССР объявили победителем и звучал Гимн Советского Союза. И еще победа над шведами в решающем матче с небывалым счетом 13:1. Известный шведский хоккеист Седерстрем сказал нам после этой игры: «Это самое удивительное, что я когда-либо видел, и самое страшное, в чем когда-либо участвовал...».
Многие болельщики спрашивают, почему вы выступали не во всех матчах чемпионата?
Это дело тренерского совета, но я думаю, что просто щадили меня, если можно так выразиться, хотя я постоянно рвался в бой. В последних тренировочных матчах в Швеции дала себя знать старая травма колена. Врачи подлечили ее, но тренеры решили все-таки дать мне отдых. Хотя какой отдых в запасных!
Николай Николаевич Озеров в своих репортажах говорил о «Боевых листках», выпускаемых вами на чемпионате.
Да, я был там редактором стенной газеты. Вместе с братом Сергеем мы выпускали ее к каждой игре нашей сборной: сами рисовали, сочиняли стихи и заметки. Кажется, получалось...
Каковы ваши ближайшие планы?
Мои планы и планы «Трактора» - одни. Думаю, что нам под силу бороться за сохранение четвертого места в чемпионате страны. Но борьба предстоит трудная. Все решат оставшиеся пять матчей.
Что бы вы могли пожелать молодым хоккеистам?
Забил шайбу - попытайся забить еще. Добился успеха - развей его. Стал лидером команды - стремись стать лидером сборной... Предела мастерству нет. И еще, постараться отдать все силы родному клубу.
Май 1981 г.

Николай, откройте секрет, почему в челябинском «Тракторе» не переводятся родственники? Какой год не посмотришь, везде играют сплошные Цыгуровы, Тертышные, Долишни, Тыжных, Природины, Макаровы, наконец...
А никакого секрета и нет. Большинство из тех, кого вы назвали, выросли в то время, когда спорт для молодежи был главным занятием. Я могу сказать о братьях и лично о себе. В детстве мы жили рядом со стадионом. И естественно, наши глаза всегда были устремлены только туда. Началось все, конечно, с меня, как старшего, а уж за мной последовали братья.
Вы сразу же попали в ДЮСШ «Трактор»?
Начинал я играть во дворе, где меня, как выяснилось. И заметил известный в городе хоккейный тренер Михаил Елисеев. Он и пригласил в секцию при клубе «Восход».
Любопытно, что все сыновья у ваших родителей рождались через равные промежутки времени - через пять лет. Вы - в сорок восьмом, Юрий - в пятьдесят третьем, Сергей - в пятьдесят восьмом. Из общего ряда выбилась только сестра - Татьяна родилась всего через два года после Сергея. Но на ее отношении к спорту это, впрочем, не сказалось. И сама Татьяна, и ее муж многие годы занимались волейболом. Глядя на вас, Макаров-младший научился кататься на коньках, думаю, значительно раньше, чем ходить?
Я точно знаю, что на коньки Сережа встал в четыре года. И помню, как он тогда замучил всю семью.
Чем же?
С хоккейными ботинками в те годы были очень большие проблемы, а кататься в других, нехоккейных, своенравный мальчик не хотел категорически...В общем, к семи годам брат владел коньками просто отлично, во всяком случае проблем с катанием при поступлении в ДЮСШ у Сережи не возникало.
А как обстояли дела с клюшками для будущего заслуженного мастера спорта Сергея Михайловича Макарова?
Клюшки были не меньшим дефицитом, поэтому мы с Юрием чинили старые, сломанные. Тем он и играл. Мы, кстати, тоже.
Юрий первым из Макаровых отложил клюшку в сторону. Почему же?
Еще в юношеском возрасте Юру «забраковали» врачи, обнаружившие у него какой-то сердечный недуг. Думаю, поторопились и врачи, и он сам - ничего такого уж страшного у брата не оказалось, с годами все прошло. А тогда Юрий все воспринял очень серьезно и, поиграв какое-то время за команду в первенстве города, решил стать арбитром.
А вы тем временем продолжали радовать своей игрой болельщиков «Трактора»?
Кстати, в «Тракгор» я попал отнюдь не сразу. Вначале выступал за «Восход», потам два сезона играл в армейской «Звезде» и только осенью шестьдесят девятого года провел свой первый матч за «Трактор».
Хотелось бы остановиться на команде, хотя и игравшей всегда в низших лигах, но по подбору игроков не уступавшей, может быть, и некоторым клубам высшей лиги, - «Звезде» из Чебаркуля.
Действительно, практически все хоккеисты, игравшие в Чебаркуле в те годы, закончив службу в «Звезде», быстро становились ведущими игроками различных команд высшей лиги.
Можно вспомнить парочку имен тогдашних «звездинцев»?
Владимир Смагин, Владимир Старцев, Михаил Малько, Юрий Гомоляко ( прим. Владимир Шабунин)...
Последний, часом, не родственник ли нынешнему челябинскому «трактористу» Сергею Гомоляко?
Отец. Он-то, кстати, и порекомендовал мне в 1967 году перейти в армейскую команду. И после краткого разговора с работавшим тогда в «Звезде», нынешним вице-президентом Федерации хоккея России и президентом Уральской федерации Владимиром Альфером, я оказался в команде Чебаркуля. Поначалу вольнонаемным, а с декабря - рядовым Вооруженных Сил.
Приходилось слышать, что наряду с Юрием Гомоляко и Николаем Макаровым, игру «Звезды» тех лет какое-то время определяли и два воспитанника школы ЦСКА, отправленные На уральскую стажировку Анатолием Владимировичем Тарасовым?
Вы имеете ввиду Александра Гусева и Валерия Харламова?
Естественно.
Как, кстати, они повели себя в этой фактической «ссылке»?
Уже сам тот факт, что оба хоккеиста прошли знаменитую школу ЦСКА, заставил Гусева и Харламова работать не только на новую команду, но и на себя на свой авторитет. Оба сразу же дали понять, что отправка в фарм-клуб - дело временное и случайное, что возвращение в Москву - не за горами. Вобщем, Сашу и Валеру сразу же по делу признали и хоккеисты, и болельщики. Их полюбили. Дело доходило даже до того, что на игры «Звезды» в Чебаркуль из Челябинска, за восемьдесят километров, приезжали на электричке сотни людей. Только для того, чтобы увидеть «вживую» игру москвичей. А на фоне «цээсковцев» не могли плохо играть и мы. Наша «Звезда» в 1968 году выиграла первенство второй лиги и перешла в первую.
Про одного из москвичей - Александра Гусева - говорили, что он с равным удовольствием выполнял только два дела играл в хоккей и нарушал спортивный режим. Это правда?
Понимаете, когда человек прекрасно знает, что он - лучший в команде и наверняка заслуживает большего, нежели пребывания в третьем дивизионе, то зачастую ведет себя совсем иначе, чем другие, более средние хоккеисты. Начинает, может быть, искать выход эмоциям. Да, действительно, Гусев нередко нарушал режим, ходил в «самоволки». Но, во- первых, он еще и прекрасно играл (в одном, кстати, со мной звене). А, во-вторых, за все свои вольности Саша и так был наказан. Хотя бы тем, что ушел из хоккея значительно раньше времени, не доиграв...



А у вас, местных, была необходимость в самовольных отлучках из расположения хоккейно-воинской части?
В общем-то, не было. Мы без того часто ездили домой на выходные.
Ага, вы - ездили! А вот бедный Гусев был вынужден смотреть на окружающий мир из окна казармы. Это справедливо?
Поверьте, что все обстояло не так трагично. Поскольку, разъезжаясь по домам, мы с разрешения Владимира Филипповича Альфера прихватывали с собой и тех, кому ехать было некуда. И те же Гусев с Харламовым часто гостили у моих родителей в Челябинске.
Как же вас встречали?
Мама всегда стряпала наши фирменные «макаровские» пельмени и кормила всю приехавшую «команду». Ездили москвичи и к другим ребятам - в Свердловск, Нижний Тагил.
Мы вообще были очень дружны. Может, потому и играли довольно неплохо?
А кто вас тренировал?
Когда я приехал, то тренером и начальником «Звезды» работал Владимир Альфер. Потом команду готовил свердловчанин Борис Поспелов, москвичи Владимир Брунов, Владимир Елизаров, Евгений Мишаков. Тренеров было очень много. Как и хоккеисты, они в команде не задерживались...


Отслужив, вы сразу же перешли в «Трактор»?
Если быть точным, то в «Тракторе» я оказался еще за несколько месяцев до «дембеля». Руководству команды удалось договориться с Владимиром Филипповичем, и меня отпустили досрочно, еще летом шестьдесят девятого.
Говорят, что игра Макарова - старшего привлекла внимание специалистов значительно раньше, чем игра Макарова - младшего? Но факт остается фактом: в национальной сборной вы с Сергеем дебютировали день в день (9 апреля 1978 года в Хельсинки, в матче со сборной Финляндии). Отчего же так поздно, ведь лично вам к тому времени было почти тридцать лет?
Когда я пришел в хоккей, в нем было очень много хороших защитников. И так уж повелось, что сборная СССР всегда составлялась на базе именно московских команд - сильнейших в стране. Конечно, иногда в сборную приглашали и немосквичей, но, в основном, зеленый свет перед ними зажигали только после того, как они переезжали на постоянное жительство в столицу.
На чемпионат мира 1978 года в итоге поехал только один Макаров - Сергей. А что же вы?

Моим основным конкурентом за место в команде был московский динамовец Зинатула Белялетдинов, который в итоге и стал в Праге чемпионом мира. Видимо, тренеры сборной посчитали, что более молодой динамовец (1955 года рождения - прим. автора) гораздо перспективнее тридцатилетнего Макарова.
Вы не в обиде на такое решение?
Обида, была, хотя меня немного успокаивал о то обстоятельство, что в сборную в итоге не взяли не только меня. Не попали и такие известные хоккеисты, как Владимир Шадрин, Виктор Шалимов, Борис Александров, Анатолий Емельяненко. Впрочем, в те годы я рассуждал больше как игрок. Сейчас же, когда сам стал тренером, могу сказать, что Виктор Тихонов поступил достаточно мудро - Билялетдинов действительно быстро прогрессировал и в итоге вырос в защитника мирового класса.
Но на чемпионат мира вы все же попали, хотя и три года спустя. На этот раз, что, не нашлось «молодого и перспективного»?
Думаю, что место в составе я завоевал игрой, заслужил отношением к хоккею и по совокупности, так сказать, достижений.


Но сыграли вы на чемпионате всего один матч. В ничего уже не решавшей игре с чехословаками (сборная СССР досрочно стала чемпионом мира). Вас, если не ошибаюсь, выпустили вместо другого челябинца - Сергея Бабинова?
Замена оказалась вынужденной: накануне, в игре со шведами, Сергей получил травму, и я вышел в паре с Валерием Васильевым.
И как сыграли?
Сам матч закончился со счетом 1:1, а наше звено сыграло на ноль.
И игра с Чехословакией стала последней для вас, как игрока сборной СССР?
Увы, да. Я, впрочем, на продолжение и не рассчитывал, так как собирался ехать за рубеж.
Уехали Вы, однако только через год. И вроде бы с некоторыми проблемами?
Если они и были, то заключались только в том, что я готовился играть в одной стране, а очутился в итоге совсем в другой. Поначалу меня пригласил в Японию работавший там тренером Владимир Шадрин.
Ваш несостоявшийся одноклубник по сборной СССР, и, говорят, московскому «Спартаку 78»? Почему, кстати, вы тогда не перешли в «Спартак»?
Действительно, познакомился я с Шадриным летом семьдесят восьмого, когда приехал играть в московский «Спартак». И даже некоторое время жил у Владимира дома. Но переход в итоге не получился.
Вы передумали или «Спартак» нашел более «перспективного»?
Ни то, ни другое. Главный тренер «Спартака» Роберт Черенков очень хотел видеть меня в своей команде, но против ЦК КПСС сделать ничего не мог.
При чем здесь ЦК?
Как я понимаю, куратором спорта в Центральном комитете был тогда заведующий его отделом пропаганды Евгений Тяжельников. Он, кстати, до переезда в Москву работал в Челябинском обкоме. Тяжельников и сказал мне фразу, оказавшуюся ключевой: «Николай, надо вернуться в Челябинск»...
Хм, Тяжельников призвал вас, так сказать, к патриотизму?
Можно подумать, что члены ЦК никогда не переходили с работы на работу и не переезжали из Челябинска в Москву. Так почему же подобное возбранялось нам, хоккеистам?
Может потому, что вы были членами партии и ваш переход мог подорвать ее авторитет?
Не был я в партии никогда... Впрочем, к словам высокопоставленного и облеченного властью чиновника все же прислушался и сезон начал именно в «Тракторе». А останься я тогда в «Спартаке», быть может, получил бы и не одну золотую медаль. Да мне и сам Тихонов говорил, что если я всерьез хочу выступать в первой сборной, то обязательно должен переезжать в столицу.
Скажите, а когда в московские команды уходили другие челябинцы - Петр Природин, Сергей Стариков, Александр Тыжных, Сергей Бабинов, Сергей Макаров - их не вызывали на Старую площадь, не рекомендовали вернуться домой?
В отличие от меня, их просто призывали в армию либо переводили из Уральского военного округа в Московский. И брат, например, совсем не скрывал, что получил конкретное предложение из ЦСКА.
Как это произошло?
Мы вместе готовились к чемпионату мира-78. Первым Виктор Васильевич Тихонов вызвал меня и сказал, что в Прагу поедет именно Билялетдинов. А вечером пришел расстроенный Сергей, рассказавший, что тоже был у Тихонова. И тот, мол, сказал, что «если хочешь играть на чемпионате мира, то должен перейти в ЦСКА». Спросил, что ему делать. Я все понял и порекомендовал своего шанса не упускать, переходить. В общем, наутро брата увезли в Москву, сразу же призвали и дали военный билет. И единственное, что Сергей пообещал и успел сделать, это приехать в Челябинск и все рассказать Цыгурову и команде. А! заодно и жениться...
Главный тренер «Трактора» Геннадий Цыгуров не возражал против перехода своего лучшего форварда?
Я думаю, что он тоже понимал: второй возможности Сергею могут и не дать. Да и бороться с ЦСКА в те годы было бесполезно. Вообще, должен вам сказать, что брат ушел из «Трактора» красиво. Во-первых, в звании лучшего бомбардира команды. А во-вторых, с поднятой головой, не тайком. Не так, как сбегали из «Трактора», например, Бабинов и Стариков. Во всяком случае, мне не пришлось за брата краснеть, я не слышал ни одного осуждающего его поступок слова.


Мы всерьез говорили о вашем знаменитом брате и отвлеклись от вашего собственного жизнеописания. Итак, Шадрин пригласил Николая Макарова в Японию, в знаменитый клуб «Одзи сейси»?
В «Одзи» как раз заканчивал играть Юрий Ляпкин, и Володя звал меня на его место. Я не возражал и, собрав документы, ждал вызова. Но неожиданно получил предписание срочно прибыть в Управление хоккея к Борису Майорову. Работавший тогда начальником Управления Борис Александрович сказал, что есть хороший вариант в Финляндии, и предложил мне поехать в «Йокерит». Насколько я знаю, у Майорова уже тогда существовали хорошие связи в Финляндии, поэтому «Йокерит» к нему и обратился. Я, разумеется, отказываться вновь не стал и осенью 1982 года появился в Хельсинки.




Вы помогли этой команде?
Возможно, что и внес какую-то частицу в серебряные медали «Иокерита-83». Меня, кстати, первым из русских, в там сезоне включили в «All stars» чемпионата Финляндии.
В «Йокерит» вас приглашали в качестве играющего тренера?
В основном, как игрока. Но в свободное время, примерно час в день, я тренировал юниоров, студентов. Вообще, всех желающих.
Скажите, а кто-то из ныне знаменитых не участвовал, случайно, в ваших тренировках?
Как же, были. Занимались у меня юные тогда Селянне с Тикканенам. Эти парни выделялись уже в те годы?
В своем возрасте - безусловно, Тикканен, в частности, считался кандидатам в молодежную сборную Финляндии, а в 84-м стал серебряным призером юниорского чемпионата мира.
Не без успеха отработав в «Иокерите» два сезона, вы, однако, на больший срок остаться не захотели. Почему?
Честно говоря, я просто устал от игры. Тем более, что «наших за границей» тогда было не так уж много. А жить в чужой стране, не зная ни людей, ни языка, крайне тяжело. Поэтому через два года я вернулся в Союз, в Челябинск.


Учитывая ваш опыт, вас сразу же вновь пригласили в «Трактор»?      
Вместе с вернувшимися одновременно со мной «японцем» Валерием Белоусовым мы действительно появились в «Тракторе» и предложили свои услуги. Но работавшие тогда с челябинской командой Анатолий Шустов и Юрий Перегудов почему-то наотрез отказались брать нас в команду.
Как хоккеистов?
Да, мы с Белоусовьм готовы были вновь выйти на лед. Но с учетом, конечно, что когда-нибудь попробуем себя и как тренеры. Но Шустов сразу же заявил, что он не хочет иметь в команде хоккеистов, которые могут его, главного тренера, что называется, «подсидеть»...
Его опасения имели под собой почву?
Ни Белоусов, ни я даже и в мыслях не держали снятие тренеров. Повторяю - мы хотел и играть, и играть именно в «Тракторе».
Закрыв двери «Трактора» с обратной стороны, вы пошли?..
...Во вторую команду города, в «Металлург». Два года отыграли там, помогли команде выйти в первую лигу. После этого Белоусову предложили пост играющего тренера магнитогорского «Металлурга», а мне - тренера «Мечела». Еще два года я работал вторым, а в 1989 году стал главным тренером «Мечела».


Подводя некоторые итоги хоккейной карьеры Николая Макарова, нельзя не отметить вашу высокую результативность. 113 шайб за 14 сезонов в высшей лиге - достижение для защитника просто уникальное! А вы не пробовали сыграть в нападении?
А я и начинал в хоккее именно в нападений, в центре. Но во время финального турнира молодежного чемпионата СССР наш тренер, один из первых заслуженных тренеров СССР Сергей Захватов, предложил мне перейти в защитники.
Не жалеете?
Нет. К тому же полученные в детстве навыки нападающего мне не пришлось забывать. Даже стало легче играть, поскольку атака со второго плана, из глубины, всегда опаснее для соперника. А у меня это получалось.
Наш разговор мы начали с упоминания только некоторых из многочисленных хоккейных челябинских династий. Скажите, Николай, а когда болельщикам сдать появления в российском хоккее новых Макаровых?
Боюсь, что не скоро. У Юрия, правда, выросли два сына, оба даже играли в хоккей. Но - на уровне клубного первенства города. Может быть, только сын сестры когда-нибудь заиграет? Сейчас мальчику восемь лет, он с большим желанием тренируется в нашей шкале, видны неплохие хоккейные задатки.
А ваши дети от хоккея далеки?
У меня ведь только дочери - Алена, Полина и Ксения.
Так на этот случай специально припасен такой экзотический вид спорта, как женский хоккей с шайбой...
Я понимаю, что он сейчас вошел в моду, даже в России создали женскую хоккейную сборную. Между прочим, будучи еще в Финляндии, я проводил тренировки и в одной из женских команд. И скажу вам, что в исполнении женщин хоккей остается не менее азартной игрой. Правда, у дочек моих, займись они сейчас хоккеем, боюсь ничего не получится. У кого - семья, у кого - учеба...
Словам, не остается ничего другого, как продолжать болеть за единственного действующего хоккеиста в семье Макаровых «акулу из Сан-Хосе». Вы давно виделись с Сергеем?
Мы встречаемся с ним каждый год. В основном, конечно, на Урале. А прошлым летом, когда Сергей в очередной раз приезжал в Челябинск, он даже сыграл за «Мечел» в одном из контрольных матчей. Я же, в свою очередь, целую неделю провел в тренировочном лагере «Акул», работая там тренерам-консультантом. 

В чем заключались ваши обязанности?
Вместе с тренером «Сан-Хосе Шаркс» Василием Викторовичем Тихоновым проводил занятия на льду и на земле, помогал готовить защитников клуба,
Что особенно вас привлекло в хоккейной Америке?
Отношение игроков к работе, к тренировкам. Люди работают действительно на совесть. Их совершенно не интересует, сколько они за это получат. Многие сами даже готовы платить, лишь бы дополнительно заниматься.
Сергея Макарова, думаю, по-прежнему можно относить к разряду работающих «за совесть». Он окончательно осел в Америке?
Как я понял, Сергей немного на распутье. Он хочет остаться и в хоккее, и быть дома. Вот если в России для него найдется хорошая работа, конечно, не раньше окончания сезона-95/96, когда истекает контракт с «Шаркс».
А вам «Акулы» не предлагали, в свою очередь, поработать у них?
Такой разговор действительно имел место. Но из-за известных осенних событий в НХЛ и затянувшегося межсезонья он разговором и остался. В принципе, была договоренность, что в декабре прошлого года мы встретимся на очередном «Призе Известий», но никто из «Сан-Хосе» почему-то в Москву не приехал.
Юрий Оводов - Челябинск – Екатеринбург 
Футбол Хоккей Южного Урала № 13 (131) 1995


Николай Макаров: В Челябинске ажиотаж с билетами похож на тот, который был в 1977-м году 07.02.2012
Легендарный защитник челябинского "Трактора" Николай Макаров вспоминает команду 1977-го года и рассказывает о тонкостях игры атакующих защитников
 Николай Михайлович, на кого в детстве вы хотели быть похожим?
Мне импонировал защитник Владимир Брежнев из ЦСКА. Он был похож на киноартиста Жана Габена – красивый, статный, с широким подбородком (смеется). Даже не Рагулин обратил на себя внимание, а Брежнев. Они тогда еще без шлемов играли... И защитник он был жесткий...
О хоккейном ажиотаже в Челябинске
Тот ажиотаж, когда «Трактор» занял третье место в чемпионате СССР в 1977-м году, чем-то похож на ажиотаж вокруг нынешнего «Трактора» . Нынешние болельщики также любят своих кумиров. Того же Кузнецова, например. Я думаю, что те любители хоккея, которые болели за нас много лет назад, они до сих пор преданы хоккею. Многим из них уже много лет, и они вспоминают, как ходили во дворец спорта «Юность» раньше, стояли тут в очереди за билетами, костры жгли... У нынешних болельщиков совсем другие условия. Сейчас команда «Трактор» играет в прекрасном дворце, но ажиотаж с билетами на хоккей в Челябинске так и остался. Ко мне недавно приезжали знакомые из Сочи, и мне пришлось обращаться к Марку Моисеевичу Винницкому, чтобы он помог с билетами (смеется).
О команде «Трактор» 1977-го года, впервые выигравшей медали чемпионата СССР
Тренер Анатолий Кострюков пришел в команду «Трактор» в 1974-м году. Первое, что он сделал, это наладил дисциплину в команде. Он уже тогда был грандом в тренерском цехе в Советском Союзе. Он был требовательным тренером, и мы все очень старались и относились к нему уважительно. Еще очень важно то, что до этого команда практически в одном и том же составе играла уже семь лет. Костяк был наигран.



 Об атакующих защитниках
Основная задача атакующего защитника – сначала создать надежную оборону у своих ворот, а потом уже, если ты успеваешь, подключиться к атаке. Если выполняешь эти требования, то ни у одного из тренеров претензий никаких не должно возникать. Вообще, в детстве я долго играл  на позиции центрального нападающего. Уже в молодежной команде спортивного клуба «Восход» меня перевели в защиту, когда нас тренировал Сергей Иванович Захватов.
А вам это понравилось?
Если бы мне это не понравилось, я бы ушел в другую команду. Захватов меня тогда не ограничивал в действиях. Я думаю, что навыки нападающего дали мне возможность хорошо подключаться к атаке. 
Кто были ваши партнеры?
У меня было много разных партнеров в карьере. Я играл с Сергеем Тыжных, Владимиром Сухановым, Геннадием Цыгуровым, Леонидом Устиновым, Валерием Пономаревым, Геннадием Иконниковым.
Как они относились к тому, что вы все время забивали голы?
Нормально. Здесь нужно понять психологию защитников. Можно просто выполнять оборонительную функцию, то есть стараться не пропускать голов. Конечно, если в паре один атакующий защитник, а второй – защитник оборонительного плана, то задача второго страховать в обороне. У нас с Владимиром Семеновичем Сухановым в этом плане было очень хорошее взаимопонимание. Он знал, что если я иду в атаку, то он должен выручать в обороне. Еще здесь очень важно, как играет центральный нападающий. Если он вовремя подстраховывает партнеров, то тогда все хорошо получается.









1 февраля 2017 стяг с №6 Н.Макарова был поднят под своды ледовой арены им. В.К.Белоусова



http://www.eliteprospects.com/player.php?player=42788
http://r-hockey.ru/player.asp?TXT=756
Форум хоккейных статистиков
Соколов В.А. авт.-сост. «Трактор», Челябинск Справочник, - Челябинск, 1988
Золотарев И. авт.-сост.«50 лет челябинскому «Трактору», 1947–1997 Кн.-справ.,-  Челябинск, 1997
Жидков В. Отечественный хоккей. Высший эшелон. 1946-1947 - 2006-2007
Жидков В., Серебренников С.,Тетерин П. Кубки, кубки, кубки. 2008