Сбор средств

Показаны сообщения с ярлыком Товарищ судья. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Товарищ судья. Показать все сообщения

среда, 11 ноября 2015 г.

Товарищ судья



Одним из первых челябинцев звания «судья международной категории» получил легендарный Харлампий Иванов, в простонародье Вася-вратарь. Многие известные хоккеисты Трактора по завершению карьеры пробовали себя хоккейными арбитрами В.Столяров, Г.Женишек, Н.Черненко, Б.Глушков. Один из лучших арбитров Советского и мирового хоккея Виктор Домбровский стал судить хоккейные матчи волею судеб.


Вот одна из версий, вспоминает Н.И.Черненко:
Как-то с челябинским «Металлургом» приехали в Омск, а главный судья не явился. Предложили судить мне, но я отказался, потому что взваливать на свои плечи еще и судейство, кроме обязанностей тренера и игрока, просто не имел права. Предложил вместо себя одного из наших игроков – Домбровского... Игру с Омском он отсудил удачно, ко мне подошел представитель из Москвы и «забрал» его в арбитры.

Но в самом деле все начиналось по-другому. Домбровский уже ранее судил матчи в юношеском хоккее. Был такой арбитр Дмитрий Луговской, который как-то предложил ему судить матч юношеских команд на первенство города. Он согласился. О чем в течение игры не раз пожалел. Но, к удивлению, Луговской дебют похвалил, сказав, что у Виктора есть к судейскому делу способности. Так и началось...
Виктор Николаевич в детстве, как и многие начинал с русского хоккея, а когда появился канадский, естественно, все мальчишки не только со двора, но и все, кто играл в русский, в буквальном смысле ринулись в новый хоккей. Он стал осваивать шайбу в начале 50-х годов, когда ему было лет четырнадцать.
Была кропотливая, въедливая и даже нудная работа через боль, потому что в русском хоккее, если падал за бортик, то попадал в сугроб, а здесь врезались на скорости в борта, в железные ворота, прибавлялось синяков и шишек. Приходилось обращаться к хирургам, которые зашивали, заклеивали.
Начинал он играть в «Металлурге» на первенство города, области, одновременно работая вальцовщиком прокатного цеха №1 на ЧМЗ. Два раза его приглашали на сборы в «Трактор» - в 1954-м и 1958 годах. Не получилось закрепиться в команде. Когда он уже собирался заканчивать играть за «Металлург», Зигмунд Эдуардович Луговской предложил попробовать себя в роли арбитра. С его «крещения», легкой руки, Домбровский начал судить. Луговской очень мудрый человек и во многом помог Виктору. Поверьте, очень тяжело менять амплуа.
С тех пор, с начала 60-х годов начал судить. Постепенно, по крупицам он набирался опыта. Если в хоккее не у кого было учиться, то здесь надо было следить за судьями: что они делают, как ведут себя в той или иной ситуации.
Руководителем всего советского судейского корпуса был Андрей Васильевич Старовойтов. Можно сказать, что, благодаря ему Домбровский как арбитр прошел второе рождение. Он шлифовал мастерство, брал с собой, заставлял просматривать, сопоставлять, делать выводы после игры, какое-то время вести дневник, в который записывал все удачи или промахи.


Из судьи никогда ничего не выйдет, если он не научится анализировать, делать выводы. А.В.Старовойтов «вывел в люди» Виктора. В 63-м году он выбрал группу из пяти молодых перспективных судей и сказал: «Ребята, я беру вас в свою обойму. Мне кажется, вы хорошие и честные. Буду готовить вас к самым ответственным матчам и надеюсь, что вы отсудите их хорошо. И никогда ничего и никого не бойтесь. Если вы будете правы, я вас всегда защищу». Они постоянно чувствовали его поддержку. Потому никого и не боялись.
Он напутствовал Домбровского: «Ты всегда должен видеть в двух командах только белых и красных, ко всем одинаково относиться, будь то легенда или новичок. Если ты будешь прощать «великого» и наказывать начинающего, люди тебя не поймут». Сначала конечно Виктору было тяжело, но со временем все прошло. Для арбитра приятных игр не бывает, потому что одна из команд проигрывает.
В 1960-м, он уже судил первую группу чемпионата СССР. В то время очень серьезным экзаменом для провинциалов, к которым относился и Виктор, были матчи в Москве. В 60-м вместе с Виктором Столяровым их вызвали в столицу обслуживать матч ЦСКА «Динамо».
И вот первое вбрасывание, в голове автоматически прокручиваются фамилии игроков, которые сейчас на льду. Локтев, Альметов, Александров, тут было от чего впасть в оцепенение. Но шайба в игре, и судья уже полностью во власти хоккея. В том матче Виктор удалил Давыдова. Давыдов сделал удивленные глаза: «Товарищ судья, я ведь корпусом сыграл». Домбровский: «Но вы же корпусом человека в борт отправили, это так в правилах и называется «толчок на борт».  «Да, может, вы и правы». Поехал на скамейку штрафников. Но главными скептиками были все же не хоккеисты, а столичные арбитры, которые искренне считали, что судить умеют только в Москве. Разумеется, за их работой наблюдали с увеличительным стеклом. Но Домбровский и Столяров отсудили тот матч так, что после него к нам подошли руководители соперничавших клубов и сказали: «Ребята, а где вы раньше-то были?». Вот с этого момента, с апреля 1960 года, Домбровского приняла и хоккейная Москва.
В начале своей судейской карьеры за матч Домбровский вообще ничего не получал, потом стали платить по 2 рубля 60 копеек. Кроме того, им оплачивали проезд и гостиницу. Потом уже за игру зарабатывали по 50 рублей. За такие деньги можно было спокойно жить неделю, позволяя себе при этом пару раз сходить в ресторан. Однажды, когда он судил Кубок Вызова, заплатили 1500 долларов за несколько игр. Главный бухгалтер комитета по спорту тогда увидел смету и обалдел: «Домбровский за неделю - 1500 долларов?»


В 1972 году международная Федерация хоккея через Федерацию хоккея СССР прислала Домбровскому приглашение на чемпионат мира, который проходил в Праге.
Перед чемпионатом он сказал Старовойтову: «Андрей Васильевич, все мы люди, и я не думаю, что вы мне поручите вести переговоры с судьями из других стран, чтобы они помогали нашей сборной. Разумеется, возьму с собой водки, икры, шампанского, все как полагается, и приму всех, кто придет к нам в гости, но я никого не буду ни о чем просить. Разве только чтобы судили честно».
Он так всегда и говорил иностранным судьям: «Даже если вы захотите это сделать, то нашим ребятам помогать не надо. Они и так выиграют».
Он отсудил семь игр и, видимо, отсудил хорошо. Стали приглашать и в последующие годы. Арбитров раньше выбирали так: собирались руководители сборных и Федерации хоккея. Федерация предлагала на игру арбитров, а обе стороны давали или не давали согласие. В 1976 году поехал на Олимпийские игры в Инсбрук (Австрия). Вторую Олимпиаду судил в Лейк-Плэсиде (США). Всего за свою судейскую карьеру он отсудил 120 международных матчей.
Очень часто сравнивали судей из НХЛ и советских, не в пользу последних. Единственное отличие НХЛовский судей было в том, что зарабатывали они чуток побольше 68 тысяч долларов в год. В семидесятых это были хорошие деньги. Судили же канадцы, честно говоря, так же, как и играли их команды, достаточно прямолинейно. Наше же катание было куда элегантней. И в самом деле, судья иногда должен сыграть и на публику. Когда советский арбитр, закладывая лихой вираж, вдруг невесть откуда появлялся в самой гуще ледовой схватки, то зрителям это нравилось.

В.Домбровский об игроках, тренерах и болельщиках
В Северной Америке меня сразу проинструктировали: «Виктор, начнется драка не вздумай лезть. Здесь тебе не СССР, могут так отоварить, что мало не покажется. Да и зрителям нашим, знаешь ли, нравится, когда парни друг другу морду чешут. Ты, главное, смотри, чтобы они по-честному дрались, а разнимать ребят, когда они уже подустанут, будут лайнсмены». Я так и делал. Не было у меня, честно говоря, никакого желания мериться силами с тем же Филом Эспозито. В 72-м, когда сборная звезд Канады готовилась у себя на родине к Суперсерии, я судил их тренировочную игру с молодежной командой в Монреале. В одном из моментов Эспозито, не успевая за соперником, зацепил его клюшкой по трусам. «Удар клюшкой», фиксирую нарушение и показываю ему 2 минуты. Филу это очень не понравилось, и он, здоровый такой амбал, помчался ко мне с явно недвусмысленными намерениями. Но пока он ехал, я показал ему жестом, что, мол, давай, парень, у тебя есть хороший шанс заработать 10 минут. Не доезжая до меня, он заложил резкий вираж и отправился на скамейку штрафников. Потом с ним у меня проблем не было.
Владимир Петров также часто выражал недовольство моими решениями, что один раз я не выдержал, влепил ему 10 минут и сказал: «Володя, с этого момента либо ты свою комментаторскую карьеру на площадке заканчиваешь, либо каждый раз будешь получать по 10». Все, после этого я от него не услышал во время матча ни одного слова.
Горячими ребятами были братья Майоровы и Слава Старшинов. Они любили вмешаться в работу судей, и некоторые, не скрою, не выдерживали пресса их имен и допускали ошибки. А если один раз ты позволишь сесть себе на шею, то потом пиши пропало. Лично меня «экзаменовали» в высшей лиге полгода, после чего все недовольные бурчания и разочарованные взгляды прекратились. Профилактика тут простая. Если игрок выразил свое недоумение жестом или мимикой, то в перерыве я не поленюсь к нему подойти и сказать, что в следующий раз за свое театральное мастерство он получит 2 минуты.
Во время игры тренеры мало отличаются от хоккеистов. Они так же эмоциональны, разве что ведут себя увереннее. Тренер может в перерыве прийти в судейскую и сказать судье все, что он думает о его работе. Тарасов был не сахар. Во время игры он был очень активным, но в судейские дела почти никогда не лез. В отличие от Тихонова, который частенько бывал в судейской и во время матча, и после его окончания. Я даже пару раз грозил ему удалением, но, признаюсь, дальше угроз дело не шло. За всю карьеру я удалил только одного тренера Локтева. 


Раньше далеко не все тренеры извинялись за излишнюю горячность, сейчас же, по-моему, подобное и представить трудно. Величие тренера далеко не в последнюю очередь зависит от его умения публично признавать свои ошибки. Кулагин был таким, Бобров, Тарасов, Чернышев, Эпштейн, Юрзинов.
Но ведь иногда бывает арбитр судит чисто, а его все равно «матрасят»! - Болельщик не всегда объективен. Тем более он сам по себе агрессивный. И это нормально. Он бунтует, он болеет за команду, он хочет помочь, а тут стоит какой-то полосатый на его пути к этой цели. У меня был однажды случай. Судил матч в Канаде, а один болельщик у самого стекла все кричит и кричит, возмущается. Ну я встал и, протягивая ему свисток, говорю: «Иди сюда! Суди!» А он замотал головой. До конца матча я его больше не слышал.
Как ни странно, самый объективный зритель в Канаде и Америке. Он видит, если хоккеист провел хороший силовой прием, технически грамотно обыграл, голкипер сделал хороший сейв, ему аплодируют. И точно так же аплодируют судье. Было приятно, что в Латвии, Америке, Канаде после объявления, что матч обслуживает судья Домбровский, трибуны начинали хлопать. Конечно, не так, как хоккеистам, но все же так было.

После завершения карьеры арбитра Виктор Николаевич работал инспектором матчей чемпионата СССР и России, директором дворца спорта «Мечел». В 1999 переехал в Германию, в Берлин.


«Товарищ судья»? 
Раньше так принято было обращаться к арбитру. Хотя Борис Михайлов мог обратиться к Домбровскому по имени, Фетисов всегда называл «дядя Витя». А в основном все - «товарищ судья». Причем, тогда арбитры гораздо меньше говорили на льду. Это сейчас судья с игроком чуть ли не обнимаются! Они же на шею сядут так! Показал ему жестом и все. Никаких дебатов!

Сергей Рыбин Футбол Хоккей Южного Урала №14 (233) 1997
Сергей Щурко Прессбол. ХОККЕЙНАЯ ЭПОХА. Виктор Домбровский: товарищ судья. 28.08.2002
Фото из архивов ХК Трактор, сайта http://www.worldhockeyclassic.ru, общедоступных источников

Домбровский Виктор Николаевич 07.11.1933
дер. Розенталь Зуйского района Крымской обл. Нападающий. Судья республиканской (1961), всесоюзной (1963), международной (1964) категорий по хоккею с шайбой. Воспитанник Челябинск.
Карьера игрока: Металлург (Челябинск) – 1954/55-1959/60, Буревестник (Челябинск) – 1960/61-1961/62
Карьера хоккейного арбитра и спортивного функционера: в 1963 начал судить хоккейные матчи, был избран председателем областной коллегии судей и членом исполкома Федерации СССР по хоккею. Арбитр 8 чемпионатов мира: в Праге (Чехословакия; 1972, 1978), Хельсинки (Финляндия, 1974), Мюнхене, Дюссельдорфе (ФРГ, 1975), Катовице (Польша, 1976), Вене (Австрия, 1977), Москве (1979), Гетеборге, Стокгольме (Швеция, 1981); 2 зимних Олимпийских игр (Австрия, Инсбрук, 1976; США, Лейк-Плэсид, 1980); Всемирных студенческих универсиад (Финляндия, 1970; Болгария, 1973). Ведущий арбитр матчей сборной СССР со сборной Канады (1972), с профессионалами Североамериканской хоккейной ассоциации (1974), объединенной команды ЦСКА и «Крыльев Советов» в суперсерии матчей с лучшими командами Канады (197576), Кубка вызова (1979). В 1972-81 в качестве главного арбитра провел около 80 матчей в чемпионатах СССР, 15 - на кубок «Известий». В 1963 - 1983 входил в десятку лучших хоккейных арбитров СССР. Восемь раз удостаивался титула 1-го арбитра СССР (1972, 1974-76, 1978-81). На чемпионате мира в Вене (1977) стал обладателем высшей судейской награды - золотого свистка. В 1984 -1999 инспектор матчей команд чемпионатов СССР и России. В 1993-1999 директор Ледового дворца «Мечел». Награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени (1996), мед. «За трудовую доблесть» (1978). В 1999 выехал в Германию.