четверг, 22 сентября 2016 г.

Шевченко Анатолий Егорович



Шевченко Анатолий Егорович 27.05.1937
Новосибирск. Судья всесоюзной и международной категории по хоккею.
Лайнсмен № 1 в высшей лиге СССР с 1975 по 1980 год.
Международная карьера: турнир на приз «Известий»
Высшая лига чемпионата СССР: провел игр главным арбитром: 1980 -  13, 1981 -  13, 1982 -  7, линейным: 1975 -  10, 1976 -  14, 1977 -  16, 1978 -  16, 1979 -  14.
Играл за хоккейные команды «Химик» Новосибирск, «Геолог» Тюмень.
Ветеран атомной промышленности и энергетики. На Производственном объединении «Маяк» работал с 1973 по 2005 год в отделе главного энергетика радиохимического завода.

А.Шевченко


А. Абросимов
«Я БЫЛ ЛАЙНСМЕНОМ НОМЕР ОДИН»: А. ШЕВЧЕНКО
Фамилия этого человека хорошо известна хоккейным болельщикам со стажем. В середине семидесятых на первое место в судейском корпусе Советского Союза выдвинулась бригада арбитров: В. Домбровский, Ю. Смирнов, А. Шевченко. Эта тройка арбитров навсегда вошла в историю отечественного хоккея. Пять лет все важнейшие матчи, игравшиеся на территории нашей страны с участием как клубных, так и сборных команд, судила она. Но когда бригаде приходилось работать за рубежом, то ее неизменно покидал Анатолий ШЕВЧЕНКО. Это казалось странным тем, кто не был в курсе происходящего, кто не знал, что этот арбитр является жителем города Челябинск-65, что он работает на заводе № 235 (Анатолий Егорович Шевченко и ныне живет в Озерске, по-прежнему трудится на ПО «Маяк»). «ОВ» предлагает вниманию читателей интервью с человеком, судившим хоккей семнадцать лет. Из них восемь лет он работал в высшей лиге (пять лет - помощником, три - главным арбитром), обслуживал помимо регулярного чемпионата восемь турниров на приз газеты «Советский спорт», четыре «Приза «Известий», два турнира вторых сборных, проходивших в те времена ежегодно в Ленинграде.

Итак, встреча с Анатолием Шевченко (арбитром международной категории по хоккею с шайбой) через двенадцать лет после того, как он оставил большой хоккей.
Анатолий Егорович, расскажите, пожалуйста, откуда вы родом, как оказались в городе?
Я родился и вырос в Новосибирске. Там же начал играть в хоккей, судить матчи. А в город я приехал в 1972-ом, со следующего года начал работать на ПО «Маяк».
Практически все арбитры когда-то играли в хоккей, пусть и не в командах высшей лиги, а вы?
Играл я в новосибирском «Химике» на первенство России. До армии получалось что-то, но во время службы многое растерял. Тогда как раз случилось вот что: новосибирское «Динамо», выступавшее в шестидесятые годы в высшей лиге, начало распадаться, и директор завода «Химконцентрат», входившего в наше министерство, пригласил многих динамовцев в заводскую команду, а многие из прежних хоккеистов разъехались по стране, по другим командам. «Химик» же переименовали в «Сибирь», защищавшую многие годы спортивную честь Новосибирска и Минсредмаша.
Я закончил играть в 1965 году, а на следующий год с легкой руки Юрия Павловича Карандина, хорошего знакомого, новосибирца, начал судейскую карьеру. Обслуживал сначала городские соревнования, потом все более высокого уровня. И к 1972 году, ко времени приезда в Озерск, обслуживал уже первую лигу. Когда приехал сюда, обустроился, то понял, что не могу без хоккея, прирос уже к судейскому делу. Обратился за помощью к Карандину, человеку авторитетному в судейской среде, тот помог выбраться на предсезонные сборы, где меня заметили, и - пошло-поехало.
Но у вас ведь сложилась тройка с Домбровским и Смирновым, а не с Ю. Карандиным?
Так уж получилось, что и В. Домбровский, и Ю. Карандин - великие арбитры, но пробежала между ними черная кошка. Москва воспользовалась этим, и сибиряк оказался в опале. С Виктором Николаевичем Домбровским и Юрой Смирновым у нас сложились великолепные отношения, они настоящие мужчины, крепкий народ, с ними в бой идти можно. Чего только вместе не пережили, какие только встречи не судили!
В одну тройку попали мы в общем-то просто: на сборах перед сезоном 1975-1976 гг. я заработал двадцатый номер (до этого номера все арбитры - главные) и стал, таким образом, в советском хоккее лайнсменом номер один на этот сезон и еще на четыре. Лайнсменом номер два стал Юра Смирнов. А Николаич (В.Домбровский) как раз получил первый номер на этом же сборе. Вот и получилось, что раз лучшие помощники - сам бог велел к лучшему арбитру. Да к тому же все трое челябинцы.
Началась ваша судейская карьера в высшей лиге в 1975 голу, в то время играли еще многие великие хоккеисты, ставшие ныне легендой: Михайлов, Петров, Харламов, Якушев, Мальцев, Капустин. Как складывались ваши взаимоотношения с мастерами?
Отношения с игроками были хорошие. Армейцы и динамовцы всегда были простыми в общении ребятами, а вот спартаковцы - нет, пижоны ужасные, чуть что не понравится им - и пошел по площадке мат страшенный. Особенно туго пришлось в матчах с ними, когда сам стал главным, а до этого, пока помогал Николаичу (Домбровскому), было еще сносно, так как наш главный имел немалый авторитет и в стране, и за рубежом.
Как вы считаете, Анатолий Егорович, почему ваша тройка на пять лет, а это целая эпоха в спорте, стала бригадой номер один?
Само собой разумеется, тут велика заслуга Домбровского, но и мы старались не подводить его, работали на совесть, по площадке не катались-летали, не боялись сами фиксировать нарушения правил - удары, подножки и прочее. О том, что роль лайнсменов в хоккее велика, говорит и тот факт, что нас в паре с Юрой Смирновым частенько направляли помогать молодым, слабым, начинающим арбитрам. А если говорить о нашей тройке, то знаете, во время матчей устанавливалась между нами какая-то незримая связь. Друг друга понимали не то что с полуслова - с полувзгляда. Судили встречи, что называется, на одном дыхании.
Я был свидетелем, как на одном из матчей «Гранита» в первенстве области хоккеист напал на главного арбитра. А в практике вашей работы в высших хоккейных сферах такие случаи были?
Нападение на арбитра - результат того, что судья неважно обслуживает матч: делает промахи, которые нервируют хоккеистов, неправильно оценивает ситуации, неверно показывает жестами нарушения. Если же арбитр не ошибается, справедливо наказывает, то проблем в международных матчах, во встречах высшей лиги, как правило, не бывает - игроки хорошо понимают язык жестов и уважают судей.
 
№20 А.Шевченко, слева Ю.Смирнов
Помню, судили однажды у нас, в Союзе, на «Призе «Известии» матч СССР - Канада (эту страну представляла в тот год команда «Виннипет Джетс»). Матч напряженный, и, когда Домбровский отвернулся, следя за шайбой, схватились на пятачке наш и канадец. Я вижу это - и обе руки вверх: сигнализирую нарушение. Николаич меня увидел и остановил игру, а ко мне тут же Бобби Халл подъезжает и что-то по-английски говорит. Не понимаю, но догадываюсь: его интересует, из-за чего была остановлена игра. Четко, акцентируя движения, показываю нарушения: за удар соперника удаляется один, за колющий удар клюшкой - другой. Канадец тут же без лишних вопросов, эмоций отъехал, и матч продолжался. Вот что значит настоящий профессионал: ему слов не надо, для него язык судейских жестов - закон.
И, конечно же, нельзя не сказать о высокой общей культуре больших мастеров - здесь речь не только о канадцах, но и о наших.
Интересно, а как реагировали на действия арбитров игроки сборных Чехословакии, Швеции - основные конкуренты команд СССР и Канады?
Понимаете, наши и канадцы всегда относились к работе судей уважительно, после игры быстро остывали и никогда не оскорбляли. Да ведь и мы старались не пропускать нарушений, судить честно. Труднее всего было судить чехов, финнов и шведов. Чехи способны были даже на подлости: одному из советских арбитров, судивших на «Призе «Известий» матч ЧССР - Финляндия, хоккеист сборной Чехословакии проехал, причем специально, коньком по пальцам, когда наш судья, опираясь на руку, вставал со льда. Мы все - судьи, обслуживавшие матч, - даже оторопели от неожиданности. Но такие случаи бывали довольно редко: арбитры старались избегать наскоков со стороны хоккеистов.
Ну а шведы, если недовольны, то бурчат что-то по-своему, что - непонятно, но все видно по интонациям, по выражению лиц, примерно так же вели себя и финны.
Зрители часто видят с трибуны, как арбитры, катаясь по льду перед началом матча, беседуют о чем-то с хоккеистами...
Это вид психологической разведки: хоккеист пытается понять настрой судьи на игру, снять, как правило, шутливыми словами напряженную предматчевую атмосферу, которая все-таки создается, хотим мы того или нет. Например, судила наша тройка в Киеве встречу «Сокол» - ЦСКА. Перед самым матчем, уже во Дворце спорта, идем по коридору, встречаем Б. Михайлова, бывшего тогда капитаном ЦСКА, а он нам со смешком: «А, вот они, «сплавщики», приехали». Появляется В. Третьяк - и тоже: «А, Виктор Николаевич, здравствуйте, ну как, будете сегодня «плавить» нас?» Тоже подначивает.
И опять же нельзя не сказать, что наш главный - Домбровский - большим авторитетом пользовался, ведь со сборниками, со столичными командами весь мир объехал. Он был, как теперь говорят, авторитет. И всегда настраивал нас на то, что в процессе игры нельзя быть серьезным, надутым, надо настраиваться на игру с улыбкой. И работать надо с улыбкой. А вообще интересно очень (мы с Юрой Смирновым ростом маленькие): подлетаем к кучемале на пятачке и, как правило, с улыбкой, начинаем разводить в стороны Цыганкова, Касатонова, Лутченко и других немаленьких ребят. И они сразу при появлении судей остывали - настоящие профессионалы.
А насколько имеют под собой почву разговоры о коррупции в судейском корпусе по хоккею с шайбой? Уже много было сказано о футбольных арбитрах, что вы скажете о хоккейных?
У нас в хоккее с шайбой ситуация была попроще, чем в футболе, потому что московские команды были на голову сильнее периферийных и к хоккейным арбитрам претензий не было даже тогда, когда московские команды проигрывали на выезде. Ну, проиграли, значит, так настроились на матч: хотели откататься спокойно, но не получилось - проиграли. И это не катастрофа. Проиграли, к примеру, в Челябинске, в Свердловске - выиграли и взяли свои очки. Отношения в то время столичные клубы выясняли только между собой и серьезного внимания на другие команды не обращали. Договорные матчи, конечно, были, но арбитров, как правило, в эти дела не посвящали и решали такие проблемы между собой. Знать-то о таких играх мы не знали, но догадывались: по положению команд в турнирной таблице, по ходу встречи, когда вдруг большой мастер хоккея начинал делать простейшие ошибки. Видели кое-что, какие-то детали, догадывались, а что было делать в таких ситуациях? Судили игру, вот и все. Определяли нарушения, фиксировали забитые шайбы.
Ну, а в общем тяжела судейская доля?
Да, конечно, необычайно. Громадна психологическая нагрузка на арбитра: то и дело сталкиваются интересы тренеров, игроков, болельщиков. Например, приезжаю в Саратов судить игру «Кристалла» с ленинградским СКА. Тренером у армейцев уже был Борис Михайлов. Саратовцы настроились на игру и дали армейцам бой - шайбы одна за другой влетали в ворота СКА. Подопечные Михайлова Попов, Дроздецкий - ко мне: «Ты что судишь? Ты что делаешь?» А зрители орут, поддерживают своих-то. Ну, объясняю: «Ребята, вы не забиваете, вам забивают, я-то здесь причем!» После матча были, конечно, объяснения, поскольку нервов эта игра «съела» немало.
Анатолий Егорович, а вам когда-либо предлагали «сделать» игру?
Установок перед игрой, как таковых, никогда не давалось, но как-то по ходу матча была такая импровизация. Вовремя очень напряженного матча «Химик» - «Динамо» (Рига) в Воскресенске тренер гостей В. Юрзинов предлагал мне «хорошо посмотреть» игру. В ходе матча, разгорячась, я не понял, что это значит, и, услышав такой совет, был озадачен, поскольку судил без ошибок. И лишь потом, в поезде, до меня дошло, как надо было «смотреть» игру. Может быть, именно этот матч, может, еще какой-то сократил мою карьеру арбитра. А уж то, что повлиял на длительность моей судейской работы, это точно. В тот же или другой сезон один из арбитров «помог» рижанам в домашней игре, и пусть немного, но поднялся вверх, обслуживал международные встречи главным судьей. Это уже на его совести, я такой путь наверх не признаю.
 
А.Шевченко, Ю.Смирнов, В.Домбровский 28.01.78 ЦСКА Спартак
Конечно, интересно ездить, обслуживать матчи с участием больших мастеров, но у любой медали есть оборотная сторона.
Помимо всех остальных проблем, тяжело было физически выдерживать непрерывные переезды и перелеты. Четыре-пять раз в месяц приходилось выезжать на игры чемпионата СССР, кроме того - различные турниры. А ведь едешь на матч - уезжаешь из дома не на один день, а дня на три, порой и больше. Иногда приходилось неделями колесить по стране: Москва-Саратов-Ленинград. Случались, бывало, и незапланированные выезды в Челябинск, Свердловск, Горький. Когда судил высшую лигу, было просто интересно, но ведь путь в высший эшелон нашего хоккея занял девять лет. Эти годы непрерывных переездов, в основном по Сибири и Уралу, дали хорошую базу для работы на высшем уровне.
То есть вы знакомы с российским хоккеем, что называется, снизу доверху? Как вы оцениваете его? В каких регионах хоккей сильнее?
Есть два хоккейных центра в России - Москва и Урал. В этих местах отличные хоккейные школы, высок уровень областных и зональных соревнований. В других регионах хоккей явно слабее.
Когда вы судили высшую лигу, за какую-нибудь команду болели?

Знаете, честно скажу, нет. Нельзя было, потому что судить приходилось матчи абсолютно всех команд лиги, а если будешь болеть, то неравнодушное отношение к кому-либо обязательно проявится, и напортачишь такого! И получишь за это сполна.
А когда вы отошли от судейства, то кому отдали свои симпатии?
Перестав судить, я начал болеть за ЦСКА. Во-первых, потому что знал неплохо эту команду, во-вторых, там очень хорошо поставлено дело, высокий уровень. И дело не в конкретном тренере, а в самой системе организации хоккея в этом клубе.
Анатолий Егорович, вы видели челябинский «Трактор» образца 1977 года. Что вы можете сказать об этой команде?
Это был уникальный коллектив. Практически все ребята местные, челябинские, а как они играли в пас - просто загляденье. Судить игру того «Трактора» пришлось только один раз, когда был недоезд (не приехал один из помощников главного арбитра). Надо сказать, что тот случай, когда «Трактор» стал бронзовым призером, вообще был необычайным. Московским клубам пришлось пропустить в тройку лучших немосковскую команду. Обслуживать матчи с участием челябинцев практически не приходилось, а поездил с ними все-таки немало и знаком был со всей командой. Нормальные веселые парни, самой примечательной личностью был Николай Макаров, необычайно дотошный и скрупулезный человек.
Анатолий Егорович, а как случилось, что вы довольно быстро оказались «вне игры» и не обслуживаете матчи даже чемпионата области?
В 1982 году я последний год судил игры высшей лиги, в следующем - первую. А затем решил уйти совсем. Слишком много накопилось усталости за семнадцать лет. Поначалу, конечно, думал еще обслуживать матчи с участием «Гранита», но конфликт, возникший несколько лет назад с одним из тренеров команды, заставил меня навсегда оставить ремесло арбитра.
Что вы. Анатолий Егорович, хотели бы сказать на прощанье?
Осталось только поблагодарить людей, которые помогали мне столько лет вести судейскую деятельность: своих начальников, кассиров нашего вокзала, всех, кто так или иначе содействовал мне эти годы.

Источник: Абросимов А. «Я был лайнсменом номер один»: [А. Шевченко - арбитр международной категории по хоккею с шайбой, г. Озерск] // Озерский вестник. - 1995. - 21 февраля. - С. 2-3.
 
А.Шевченко, Ю.Смирнов, В.Домбровский 28.01.78 ЦСКА Спартак
Анатолий Шевченко: «Бобби Халлу я всё объяснил жестами»
16 апреля 2012
1983 год. Возвращаюсь в Озёрск из Свердловска на рейсовом автобусе с очередного хоккейного матча. И вдруг я понял, что прошедший матч и этот автобусный рейс - последние в моей долгой карьере хоккейного арбитра. Неужели мне больше не понадобится большая спортивная сумка с судейской формой? Мелькнула мысль: а смогу ли я без хоккея, как часто буду видеть Виктора Домбровского и Юрия Смирнова (судьи из «бригады № 1» по рейтингу советских хоккейных арбитров в 1975–1980 годах, в состав которой входил и Анатолий Шевченко - прим. автора), знаменитых хоккеистов и легендарных тренеров, коллег по судейскому корпусу? Смогу ли жить без гула переполненных трибун и предстартового волнения, без множества поездок и перелётов за хоккейный сезон, встреч и расставаний в нескончаемой веренице городов на огромном пространстве советской страны? В общем, всего того, что стало частью жизни на протяжении почти 30 лет. Как ни горько, но с судейством на самом высоком уровне пора подводить черту…
***
Сейчас считаю, судить стало легче, поскольку разрешено больше силовой борьбы. Однако, к сожалению, далеко не все арбитры умеют проводить четкую грань между жесткими, в рамках правил, единоборствами и грязными, запрещёнными приемами. Отсюда и частые ошибки, приводящие к выяснению отношений между хоккеистами с помощью кулаков. В последнее время изменилась система подготовки рефери. Похвально, конечно, что судейство переходит на профессиональные рельсы. Беда в том, что не все арбитры отказываются от основной работы. Хотя очевидно, что она мешает готовиться к играм, проводить их на качественном уровне. Некоторые судьи порой не успевают переехать из одного города в другой. Словом, современным профи зачастую не хватает профессионального отношения к судейским обязанностям. Отсюда и нередкие претензии к ним и к арбитражу в целом. Канадские профессионалы после встреч в знаменитых Суперсериях 70-х годов с советской командой взяли из нашей игры лучшее - динамику, тактический рисунок. А мы, к сожалению, почерпнули у канадцев грубость и хамство. Раньше было видно, как игроки дорожат шайбой, а теперь просто вбрасывают в зону и бегут за неё бороться. Международная хоккейная федерация принуждает нас идти по верному пути. При новой трактовке правил техничным и ярким игрокам стало легче. Становится меньше драк, потому что за них стали строже карать. Вообще хоккейные драчуны - это больные люди. Хоккей любят не за драки, а за красоту комбинаций и интригу состязания…

Путёвку в арбитры мне выдал Юрий Карандин
Анатолий Шевченко родился в Новосибирске. Канадский хоккей пришёл в Советский Союз сразу после Великой Отечественной войны. Ни о каких хоккейных коробках для нового вида спорта в те далёкие годы в сибирском городе даже и не думали.

Мне было 12 лет, - вспоминает Анатолий Егорович, - когда я увидел на Центральном стадионе Новосибирска, что такое «канадский хоккей». Подражая взрослым, мы - мальчишки, сделали какие-то деревянные крючки, похожие на клюшки. Стоять на коньках и делать первые финты учились также у взрослых. Ведь в то время не было никаких хоккейных школ и секций. Наверное, у меня неплохо получалось. В 17 лет уже играл за сборную молодёжную города и меня, благодаря хоккею, взяли на завод, который входил в систему атомной отрасли. Команда завода называлась «Химик», а в 1965 году была преобразована в новосибирскую «Сибирь».
Отслужив в армии, Анатолий Шевченко ещё год играл за тюменский «Геолог» в классе «Б» советского хоккея. Но скоро к Анатолию пришло понимание, что великим игроком он не станет и надо искать новый путь в жизни.
В начале 60-х годов в центральной прессе всё чаще стала звучать фамилия молодого новосибирского арбитра Юрия Карандина, вошедшего впоследствии, наравне с Виктором Домбровским, в «золотой фонд» советских судей по хоккею. Случайная встреча с Юрием Карандиным определила дальнейшую судьбу Анатолия Шевченко. В 1964 году Анатолий Шевченко вышел на хоккейную площадку в качестве арбитра. Судил все матчи подряд, куда бы не приглашали. Необходимо было набраться профессионального опыта. К концу 60-х годов молодой арбитр уже обслуживал игры класса «А». Впереди только высшая лига советского хоккея, где играли ЦСКА, «Динамо», «Спартак», «Трактор». В 1973 году Анатолий Шевченко переезжает из Новосибирска в Озёрск…

Бобби Халлу я всё объяснил жестами…

С середины 70-х годов хоккейная судейская бригада из Челябинска (об Озёрске тогда мало кто слышал и знал - прим. автора) - главный арбитр Виктор Домбровский и два лайнсмена, линейные арбитры Юрий Смирнов и Анатолий Шевченко, прочно занимают первую строчку в рейтинге лучших в Советском Союзе. Десятки матчей за сезон, начиная от международных турниров «Советского спорта» накануне первенства СССР, турнира «Известий» и заканчивая последними матчами первенства страны. В месяц - 5–6 игр.
Как в то время Анатолию Шевченко удавалось работать на Производственном объединении «Маяк» и почти еженедельно судить хоккейные игры в разных городах Советского Союза?
 «Ответ простой, - говорит Анатолий Егорович, - в стране было идолопоклонство перед хоккеем. Болельщики не только знали наизусть составы команд, но и тренеров и весь судейский корпус. Нашу судейскую бригаду легко узнавали в любом городе, аэропорту, вокзале, гостинице. И не было разницы между популярными артистами и нами. Потому, что хоккей в Советском Союзе был спортом № 1. Точно также этот вид спорта был популярен и на «Маяке». Директор радиохимического завода Михаил Васильевич Гладышев и мой добрый старый друг Евгений Иванович Алдонин делали всё, чтобы у меня не было проблем с еженедельными командировками. Но в 1977 году, когда пришел вызов на чемпионат мира по хоккею в Финляндию, оказался бессилен и директор завода. «Первый отдел против, - как бы извиняясь, сказал Михаил Васильевич, - страна-то капиталистическая. Мало ли что может с тобой произойти»…
В памяти Анатолия Егоровича остались очень многие моменты матчей, которые запомнились на всю жизнь. Одно из самых ярких воспоминаний - матч СССР - Канада (Канаду представляла команда «Виннипег Джетс» из Всемирной Хоккейной Ассоциации - прим. автора) на приз «Известий» в 1976 году.
 «Впервые в СССР приехал профессиональный канадский клуб «Виннипег Джетс», - вспоминает Анатолий Егорович. - Интерес к команде Бобби Халла был огромный. Клуб из Виннипега был первым, где в большом количестве появились европейцы (в чемпионате ВХА 1976–1977 годов за «Виннипег Джетс» играли восемь шведов и два хоккеиста из Финляндии - прим. автора). Однако в официальных протоколах турнира команда называлась «Канада». Мне тогда посчастливилось судить 4 игры, в том числе 3 с участием Бобби Халла, как говорится, легенды мирового хоккея всех времён и народов.
Бобби Халл… Он как-то абсолютно не вписывался в типичное представление о хоккеисте. Просто какой-то невероятный персонаж, не такой, как все другие хоккеисты, не такой, как наши «мега-звёзды». Не лучше или хуже - просто другой. С мощнейшим броском и филигранной техникой. Бобби Халл был игроком из другой Вселенной.

Коньки на гвоздь не повесил
В 1983 году Анатолий Шевченко закончил карьеру хоккейного арбитра на высшем уровне. Но продолжал судить игры в Уральском регионе, помогал профессионально расти молодым судьям. И даже в этом сезоне Анатолий Егорович обслуживал игры среди юношей на первенство Челябинской области. «Пока ноги работают, я - действующий судья», - улыбается знаменитый хоккейный арбитр.
Мы много говорили с Анатолием Егоровичем о великих советских хоккеистах, о гробовой тишине на играх, когда в «Лужники» приезжал Леонид Брежнев, о хоккейных «хулиганах» на площадке и великих тренерах, которые «решили» судьбу многих хоккейных судей. Но это уже другая история…

Мысли вслух Анатолия Шевченко
Я - хоккейный арбитр. Это нервное напряжение и физические нагрузки, концентрация и ответственность за каждое принятое решение. Но я счастлив, что есть такая игра, как хоккей…
Андрей Краснов

Форум хоккейных статистиков им. Виктора Малеванного
Соколов В.А. авт.-сост. «Трактор», Челябинск Справочник, - Челябинск, 1988
Фото с сайта http://www.worldhockeyclassic.ru/

среда, 21 сентября 2016 г.

Смирнов Юрий Леонидович



Смирнов Юрий Леонидович январь 1942-21.09.2016



















Челябинск. Судья международной категории. Воспитанник «Восход» Челябинск
Международная карьера: линейный судья чемпионат мира 1977/1978, 1978/1979, в группе «С» три чемпионат мира, турнир приз «Известий» 1976-1985.
В высшей лиге чемпионата СССР провел игр: главным судьей: 1977 -  1, 1978 -  1, 1985  -  2, линейным: 1975  -  13, 1976  -  18, 1977  -  23, 1978  -  12, 1979  -  14, 1980 - 19, 1981  -  19, 1982  -  13, 1983  -  15, 1984  -  16, 1985  - 16, 1986  -  2
Входил в десятку лучших судей СССР 1979-1985



Юрий Смирнов: У меня была клюшка с автографом Бобби Халла
Юрий Леонидович, как начиналась ваша судейская карьера?
Меня пригласил на судейскую коллегию Виктор Иванович Стариков. Я ему говорю: «Что мне там делать». Он: «Да поехали». Приезжаем, а там сидит доцент Борис Павлович Дружков. Он и сказал, что судейский корпус нужно омолаживать и ставит меня в пример. Вот, мол, молодой специалист, только из армии вернулся. С этого и началось. В то время я ещё играл в хоккей. И судить стал. Первенство области, первенство города, другие различные турниры. Потихоньку, потихоньку добрался до судейских высот.
В каком году вы начали обслуживать матчи?
Из армии я пришёл в 1964 году. В 1965-ом и 1966-ом годах ещё играл на первенстве области и города за спортивный клуб «Восход». А в 1967-ом параллельно стал ещё и судить. В Чебаркуль приехали, а там мороз 30 градусов. Отыграли матч, и ребята согреваться начали традиционным русским способом, а мне судить – не согреться. Команда навеселе уехала, а я судить остался. Так и пошло.
Вы работали главным судьёй или линейным?
Так ведь раньше разделений не было – двойное судейство было. А уж потом арбитры стали втроём обслуживать матчи. Не помню, в каком году, но это было в Праге на Чемпионате мира в 1978 году.
Какие турниры доводилось обслуживать?
Начиная с юношеских до самых серьёзных. Сначала класс Б, потом класс А. А потом и до высшей лиги дорос. Пять чемпионатов мира у меня за спиной: два в группе А, три в группе С. Девять турниров я на «Призе Известий» отработал. На память мне приходит чемпионат мира в Праге. Первый мой матч Канада – Швеция. Там же я судил ещё одну встречу этих соперников – за третье место. Девять игр у меня на чемпионате мира в Москве. Помню на турнир «Приз Известий» приезжали канадцы с Бобби Халлом и Гордии Хоу. У меня даже клюшка была с автографом Халла. Да вот потерялась куда-то.
16.12.1977 сборная СССР Квебек Нордикс. Ю.Смирнов слева

Массовая потасовка в матче 19.12.1978 СССР- Канада ("Будущие звезды НХЛ") 9:3 Ю.Смирнов №20





.
***
Чем вы сейчас занимаетесь?
На пенсии я. Сужу в поле малышей.
Вам сегодня вручили почётный знак «За верность» Федерации хоккея России…
Спасибо. Такое внимание приятно.

Легендарный челябинский арбитр Юрий Смирнов на матче «Трактора» против «Северстали» отпраздновал свое 74-летие.
В историческом зале клубного музея открылась выставка, посвященная челябинцу, хоккейному судье международной категории Юрию Леонидовичу Смирнову. Коллекцию ценных вещей и личных наград с престижных хоккейных турниров он передал в музей клуба накануне своего 74-го дня рождения. Юрий Леонидович один из немногих челябинцев, которые заслужили титулы и признание в мировом судействе.

Жил я обычной челябинской жизнью, работал на трубопрокатном заводе, играл в первенстве города за спортивный клуб «Восход», - вспоминает Юрий Леонидович, - В 1964-м году пришел из армии, и Виктор Иванович Стариков пригласил меня на судейскую коллегию. Сначала сомневался, хочу я этим заниматься или нет, а потом начал потихоньку обслуживать матчи: сначала класс Б, потом А, а через пять лет и до Высшей лиги добрался.


На этом и закончилась игровая карьера Смирнова-младшего. А вот его старший брат Владислав на протяжении пяти лет защищал цвета челябинского «Трактора», а сезон 1963/1964 провел с капитанской нашивкой. Нападающий Владислав Смирнов сыграл в 150-ти матчах и является автором 79-ти голов.

За Вадьку и за «Трактор» я всегда болел, но никогда не судил челябинские матчи. Вообще за моей спиной пять чемпионатов мира, девять турниров на «Приз Известий. Конечно, помню и свой первый международный матч - Канада vs Швеция. Волнение тогдашнее не забывается, также, как и сумасшедшие скорости, комбинации и голы.


Форум хоккейных статистиков им. Виктора Малеванного
Соколов В.А. авт.-сост. «Трактор», Челябинск Справочник, - Челябинск, 1988